- И да, Гордей, я тоже был таким, как ты. Меня также избрали, мне передали силы и я старался, изо всех сил старался изменить Землю к лучшему, но это НЕВОЗМОЖНО. Люди, как тупые бараны, постоянно совершают одни и те же ошибки, вляпываются в одни и те же проблемы, их ничто не учит. Пытаться идти напролом – хуже идеи не придумать, всё равно что лбом прошибать стену. За всё своё время ведения исключительно бизнес-дел, я ни разу не пожалел о смене вектора. Я осчастливил тысячи людей, я помог им в самый трудный момент, когда помочь уже не мог никто! Но звёзды надо мной зло посмеялись и сообщили, что я не прав. Да где не прав?! Скажи, Гордей, где я не прав?!
Словно загипнотизированный, парень не мог даже шелохнуться.
- Так почему эти ТРЕКЛЯТЫЕ ЗВЁЗДЫ, - прокричал Дежавю, задрав голову высоко вверх, - хотят от меня избавиться?
Доли секунды хватило Гордею, чтобы снова прийти в сознание и вновь обрести контроль над своим телом. Краем глаза он увидел плетущуюся Анабель, находившуюся на расстоянии двух метров от него, и принял решение действовать: сейчас или никогда. Как только Дежавю начал говорить, Гордей со всей мочи ринулся на него и повалил на твёрдую белую поверхность. Из последних сил державшаяся на ногах девушка, изнемогла и, едва приблизившись, упала рядом, пытаясь дотянуться до правой руки парня.
- Не сможешь, - прорычал Дежавю, скидывая с себя Гордея.
Но тот извернулся, подтянул на себя тело девушки и, буквально прилепив её ладонь к груди Дежавю, вцепился в её запястье.
Всё исчезло.
Глава тридцатая
- Что за неуклюжая молодёжь, даже руки пожать не могут! – Учитель захихикал, но тут же смолк и уставился на повалившуюся на пол девушку. – Анабель, твои… Твои волосы… Они же были розовыми секунду назад!
Девушка пыталась прийти в сознание. Перед глазами всё расплывалось, голова неистово раскалывалась, а правую руку ломило от боли. Спустя полминуты до неё донеслось приглушённое восклицание: «Да что с вами такое, ребята!». Собрав оставшиеся силы в кулак, она быстро-быстро заморгала в надежде скорее привыкнуть к свету и торопливо ответила:
- Да всё в порядке… Это, наверное, магнитная буря.
- Да-да, скорее всего, - пошатываясь, Гордей поднялся с пола и принял самую на этот момент устойчивую позу.
Почти одновременно с ним, поднялась и Анабель. Всё ещё борясь со спутанностью мыслей, она поспешила попрощаться и скрылась за дверью. Спустя минуту дверь открылась ещё раз и пропустила в коридор Гордея.
Открыть дверь, взбежать по лестнице, запереться в ванной. Анабель с ужасом смотрела на собственное отражение в зеркале и не узнавала себя. Дело было вовсе не в волосах – какое до них дело! Изменился её взгляд, пусть сейчас испуганный, он всё равно таил в себе что-то новое. Анабель не могла узнать себя и по другой причине – там, на Альфекке, она познала совершенно иную жизнь, там она смотрелась в зеркало с благоговением, любуясь, улыбкой отражая всё состояние души. Возвращаться в прошлое, к грустным будням теперь казалось немыслимым, но что именно ей нужно было сделать, чтобы почувствовать себя такой же счастливой, какой она была на Альфекке? Вопросы всплывали наряду с беспорядочными воспоминаниями о поражении Дежавю, друзьях, всех существах, о её силах. При последней мысли она тут же уселась на коврик возле ванной, сложила ноги в позе лотоса, опустила руки на колени и замедлила дыхание. Закрыв глаза, Анабель попыталась поиграть с макетами солнца и луны, однако на улице ничего не менялась. Вторая и третья попытки также остались без результатов. Расстраиваться из-за этого не было смысла – способность управлять погодой сильно затруднила бы её обычную человеческую жизнь на Земле, однако горький осадок всё же остался. Принимаясь снова перебирать рой мыслей, девушку вдруг охватила паника: Гордей.
Ускоряя шаг, Гордей шёл по давно знакомой дороге и постоянно оглядывался по сторонам. По спине то и дело бежали мурашки, когда рядом с оглушающим рёвом проносились мотоциклы или внезапно настигали порывы ветра. Оказавшись у дома, парень напустил на себя радостный вид и взмолился – лишь бы пройти мимо кухни незамеченным. Одного взгляда на его лицо, казалось, было бы достаточно, чтобы семья забила тревогу.