-Очень похож, - натягивая на свое реальное лицо такую же улыбку, заметил он. - С таким большим ртом здорово кусать маленьких девочек, - и он игриво щелкнул перед ее носом зубами. Арина звонко рассмеялась и зарылась с головой под одеяло, отчего рисунки разлетелись в разные стороны, медленно опадая на пол.
- Как дела? - дождавшись, когда ребенок закончит хохотать, спросил он. Выглядывая из под своего убежища, Арина произнесла,- Хорошо, доктор говорит, что скоро я могу поехать домой, - Выбравшись из под одеяла, девочка уставилась на капельницу и указав на нее пальцем озадаченно спросила, - А зачем тебе эта штука?
-Устал немного, как ты после игр,- В ответ Арина лишь промычала что-то неразборчивое и спустилась с кровати собирать свои рисунки. Здесь, окруженные белыми стенами, дети становились другими, не такими наивными как до этого места. Их жизни на фоне постоянного лечения круто менялись, как и они сами. Элиас собрал листочки на кровати и вручил их Арине, она с благодарностью взяла их и положила на столик. Забравшись обратно к Элиасу, она крепко обняла его и пожелала выздоравливать и никогда-никогда больше не болеть. Элиас обнял ее в ответ и утонул в воспоминаниях о сестренке. Она вот так же обнимала его и желала выздоровления, когда он подцеплял простуду. Глаза защемило. У этой девочки еще вся жизнь впереди. Ее заболевание не было чем-то смертельным. Да, ей придется долгие годы соблюдать режим и проходить обследования, но она будет жить. Он крепче стиснул малышку, собираясь с духом. Сейчас не время и не место раскисать. Нужно выяснить, что с ним не так и начать можно прямо здесь. Ведь лучше больницы места для выяснения проблем не найти.
Попрощавшись с Ариной, Элиас покатил свою капельницу к регистратуре. Колеса поскрипывали, нарушая на удивление, царящую здесь тишину. Обычно, коридоры полны шумом, а медсестры и врачи носятся, словно играя наперегонки с жизнью. Свет ламп, освещающих длинный коридор, отбрасывал тонкие тени. Одна из них, казалось, начала закручиваться и складываться в знакомый символ. Элиас затаил дыхание в ожидании, но ничего не последовало, тень оставалась все той же тенью, дразня, наблюдая, раскачиваясь в такт движению света на стене. Она словно подтверждала его опасения, подталкивала его вперед к цели. Элиас остановился у стойки, где молодая женщина что-то печатала на компьютере.
- Простите, -начал он, -у вас есть пациент по имени Лео? Мальчик, лет десяти?
Медсестра замерла, пальцы застыли над клавиатурой и она медленно перевела взгляд на парня перед собой. Ее глаза,темные и блестящие на миг показались Элиасу странными, словно в них отразился красный свет, что преследовал его.
-Лео? Вы уверены в имени?- тихо, почти шепотом, переспросила она, точно боясь называть это имя. Посмотрев по сторонам, будто проверяя, не подглядывают ли, она неуверенно стала вбивать имя в поиск.
-У нас нет никакого Лео. Никто с таким именем не поступал.
Она отвела взгляд, ожидая, когда он уйдет, а ее пальцы начали отбивать лихорадочный ритм по столу.
Ее нервозность, шепот и оглядки, заставили Элиаса насторожиться. Она явно чего-то боялась или что-то скрывала.
-Проверьте еще раз, -настаивал он. Его голос стал тверже, но внутри все оцепенело, - он лечится от лейкемии.
Женщина снова огляделась, будто ожидая , что кто-то появится из теней коридора. Элиас почувствовал себя одураченным, словно кто-то против его желания затянул его в дурацкую и уже затянувшуюся игру в прятки. Медсестра резко посмотрела на него, от запуганной женщины не осталось и следа.
-Нет. Никого, - уверенно произнесла она. Оба замерли, глядя друг другу в глаза. Время замедлилось, стало тягучим как мед. Затихли звуки приборов. Только запах антисептика тяжелым покрывалом обволакивал все вокруг. Элиас заметил что-то знакомое в ее взгляде. Она узнала его, а он ее, но это узнавание ускользало. Она словно мысленно потянулась к его воспоминаниям, но они расплывались, не собираясь в единое целое. Какой-то свет, гул и много странных аппаратов вокруг. Взгляд медсестры гипнотически манил, а алое свечение окружало ее зрачки, которое нетерпеливо подрагивало, словно дожидаясь от Элиаса какой-то реакции. Свет в коридоре мигнул. Тени вокруг закружились, превращаясь в символы. Они заплясали, пульсируя, сужая пространство до двух людей за стойкой. Его и этой странной, когда-то возможно знакомой женщины, в глазах которой пульсировало свечение, видимое им перед самой аварией. Элиаса подташнивало, голова кружилась, пот выступил на лбу от напряженной работы мозга. Он силился вспомнить. Кто он? А “оно”, то зловещее “оно”, что вторглось в его жизнь, подкрадывалось все ближе. Вопросы роились в голове, и уже были готовы вырваться из его рта, как вдруг мерцание прекратилось, свет, чисто льющийся из ламп, вспугнул, окутавшие его тени и они разбежались по углам, продолжая хищно подсматривать своими красными глазами, полными неукротимой ненависти от невозможности добраться до своей жертвы.