Но был и второй вариант – спросить Эдуарда, который, кстати, стоял за дверью. Я в радостном волнении остановилась перед ней.
Он церемонно постучал в дверь.
– Могу ли спросить позволения войти, миссис Ричардсон? – галантно поинтересовался он.
– Да, конечно, почему бы нет? – подыграла я ему.
Эдуард открыл дверь, и я просто обомлела от того, насколько он был хорош в новом костюме. Его аристократичные черты лица говорили о благородстве. Он был словно греческий бог – мужественный, просто совершенство. Янтарные глаза на бледном лице и сдержанная улыбка сводили меня с ума. Спутанные волосы едва прикрывали лоб, и когда я заглянула в его глаза, то увидела точно такое же восхищение. Он по-прежнему смотрел на меня так, словно я была самым ценным призом в его жизни. Он подошел ближе и нежно провел пальцами по моей щеке. Если б мое сердце могло биться, то румянец сейчас залил бы мои щеки.
– Леди позволит мне? – спросил он, беря за руку.
Мне стало смешно. Вел себя как мальчишка.
Я протянула ему руку и через секунду была в его крепких объятьях.
– Ты сводишь меня с ума. И что самое интересное, это чувство, словно коньяк, становится со временем только более действенным и глубоким.
– Ты же не собираешься когда-нибудь окончательно свихнуться от любви? – с надеждой в голосе спросила я.
– О, ты это узнаешь первой! – сказал Эдуард и страстно поцеловал.
Казалось, что пол уходит из-под моих ног. Голова была окутана сладким туманом. Мне хотелось только, чтобы этот поцелуй не прекращался. Счастье просто захлестывало меня.
– О, прекрасно! Они опять целуются! – сказала Ханна Лили, которая выходила из соседней комнаты.
Эдуард отпустил меня и сказал:
– Это твоя мама виновата – она слишком прекрасна.
Я просто ничего не могу с собой поделать!
Она подошла ко мне, и я заключила ее в объятья.
– Милая моя, как ты? Мы не виделись весь день. Как ты? Готова?
– Лили и Алиса привели меня в это состояние среднего убожества и очень собой довольны, – серьезно сказала Ханна. – Я считаю, что они прекрасно справились. Я стандартный американский подросток.
Эдуард тоже взял ее за руку:
– Ну, уж нет. Только сегодня вечером. Ты – единственная, неповторимая и уникальная. И просто удивительная. И именно поэтому ты сегодня прекрасно сыграешь свою роль. Я тебе полностью доверяю. Ты готова?
Ханна кивнула головой, и Эдуард поцеловал ее в макушку.
– Все, ну пошли.
– Ну, да, только идите по очереди. Мы ее приведем, – заявил Келлан, своей могучей фигурой заблокировав коридор.
– Подвинься, медведь, – смеясь, сказала Лили, пытаясь отодвинуть его в сторону.
Он стал, уперев руки в бока, изображая викинга.
Лили мелодично засмеялась и сказала:
– Эдуард, ну скажи ему! Твой братишка сегодня шалит.
Эдуард, только смеясь, покачал головой и ответил:
– Он требует жертву, ну, или дань.
Лили, немного стесняясь, взглянула на Ханну, но та, отодвинув тетю в сторону, подошла к воинственному Келлану и заявила:
– Ты самый могучий, страшный и ужасный. Нет никого сильнее тебя!
Келлан довольно улыбнулся и стал в сторону, освобождая нам путь вниз.
– Вот, ребенок все понимает! – сказал он, заключив Лили в свои объятья.
Проходя мимо них, Ханна шепнула ему:
– После моего папы! – и гордо пошла и села на стул у стены, ожидая своего выхода.
Я взяла Эдуарда под руку, и мы вместе спустились вниз. Там застали такую картину.
Алиса и Джек о чем-то шушукались в углу, а Мо стояла возле рояля с Диксоном и Элизой. Эдуард галантно подвел меня к Мо, держа за плечи, наверное, чтобы не сбежала. Когда она увидела нас, то вся засияла от радости.
– Бэль, Эдуард! Вы такие красивые! У тебя такое платье, просто шик! Где ты его купила?
Я виновато посмотрела на нее и призналась:
– Честно говоря, понятия не имею! Это все Алиса!
Правда, я могу посмотреть на бирку…
Алиса тут же оказалась рядом и заявила:
– И не удивительно. Потому что это – творение молодого, перспективного дизайнера. Его имя еще не известно широким кругам, но, думаю, что это ненадолго.
Мо с большим интересом стала рассматривать платье.
– Да, я думаю, что у него талант.
Алиса просто засияла. Сегодня второй раз Мо признала ее таланты.