– Эдуард, я же ничего не умею… – шепотом сказала я. – Вот опозорюсь сейчас, и нас навсегда исключат из списков клиентов этого ресторана!
Казалось, что Эдуард мурлыкал от удовольствия:
– Ну уж нет! Я столько этого ждал! И не согласен ждать более ни секунды! – шутя ответил он. – Становись мне на ноги и сделай страстное выражение лица.
Все остальное я беру на себя!
Но с выражением лица проблем не возникло – я просто не стала скрывать обожания, с которым смотрела на своего мужа.
Лили ударила по клавишам, выдав пространное вступление, и мы… заскользили по паркету. Эдуарду удавалось танцевать, едва касаясь ногами пола. Я хихикала и старалась правильно делать повороты и па. Хотя уже на второй минуте уяснила себе как танцевать. Думаю, что еще пару тренировок, и я станцую с Эдуардом самое страстное танго, на которое только способна.
Когда музыка стихла, Мо восторженно зааплодировала, а Эдуард с легким поклоном галантно усадил меня на стул возле себя.
Алиса потянула танцевать Джека, и я впервые увидела, как они танцуют. Алиса была великолепной партнершей – она полностью подчинилась в танце Джеку, а тот, с довольной улыбкой, наслаждался танцем со своей любимой. Они целиком и полностью покорили нас своим исполнением. Без слов, только движения под музыку, а сколько сказано, сколько чувств… мы, словно очнулись от сна, когда музыка стихла. Вместе с нами зааплодировали немногие посетители ресторана.
Лили наконец-то решила, что с нее довольно музыки и, закрыв рояль, вернулась за стол. Ох, много бы я отдала, чтобы посмотреть, как танцует Келлан. Это должно быть зрелищно. Я их обязательно раскручу на танго когда-нибудь!
Официант принес каждому по большому блюду, на котором, к моему счастью, сиротливо ютился кусочек склизкого мяса, размером с ладошку. Все это было украшено двумя листьями салата и несколькими стручками фасоли. Мо в замешательстве смотрела на это произведение искусства и, видимо, подумала, что ее разыграли. Она привыкла к более сытной пище. Но тут главным было не насытить клиента, а порадовать сочетанием разных вкусов. Пища как искусство. Мама вздохнула и, взяв вилку, стала с философским видом ковырять угощение.
Я же с ужасом думала, куда девать еду. Эдуард под столом слегка придавил мой кроссовок, и я украдкой взглянула на него. Он глазами показал на свою тарелку. От его кусочка мяса осталась половина. Я вопросительно вскинула брови. Он самодовольно подмигнул мне и взглядом указал на тарелку. Тут я увидела, как он поступал: отрезал кусочек мяса и, пока на него не смотрели, молниеносным движением заталкивал его в сложенную салфетку. Мне стало интересно, и я осмотрела тарелки остальных участников застолья. Видимо, все делали так же, потому что тарелки были полупустыми. Я последовала их примеру и решила проблему точным запуском говядины в сложенную салфетку.
Мо запивала еду вином и продолжала сосредоточенно жевать. Наконец-то она подняла глаза и изрекла:
– Это поучительный опыт для меня.
Возникла неловкая ситуация. Я уже была готова услышать критику ресторана с ее стороны. Но она продолжила:
– Нужно было Генри пригласить во французский ресторан, когда мы только поженились!
Я вопросительно вскинула брови, а Эдуард улыбался все шире.
– Вот нечто подобное я как-то и приготовила, а Генри давился и критиковал мои кулинарные способности!
Бэль, а здесь это продают по сорок долларов за порцию!
Нет, ну где же справедливость? – смеясь, спросила она.
Мы еще смеялись, и я невзначай бросила взгляд на бухту за окном. Солнце уже село, и город погрузился в сумерки. Внезапно неуловимо быстрое движение за окном привлекло мое внимание – я увидела край черной куртки. Движение было нечеловечески быстрым! Я чуть было не подпрыгнула на месте! Это определенно был бессмертный.
Я быстро набрала СМС и послала его Эдуарду, в котором написала о только что пробежавшим мимо ресторана вампире.
Эдуард потянулся за телефоном и, прочитав сообщение, моментально собрался. Он первым делом небрежно накрыл своей рукой мою ладонь. Я посмотрела в его золотистые глаза и увидела просьбу успокоиться. Джек увидел мои эмоции, как и остальные, но виду не подал. Эдуард спокойно сказал:
– Бэль, хочу тебя сфотографировать с Мо на фоне рояля, если ты не против!
Я нерешительно поднялась. Я ожидала многого, – например, быстрой эвакуации или погони, но не очередного портрета! Довольная Мо улыбнулась моей любимой улыбкой, от которой морщинки вокруг глаз собрались лучиками. Мы встали в вполне обыденную позу, и Эдуард нажал на кнопку. Но фото не получилось сделать. Эдуард что-то нажимал и проверял настройки, но потом констатировал: