– Насть, я и не думал, что ты такая храбрая, – парень с удовольствием вдохнул аппетитный аромат принесённой пиццы и скользнул по мне одобрительным взглядом, – я всё ждал, когда же ты, в приступе страха, откажешься от этой затеи.
Я, как и обещала, молча, изобразила широкую улыбку и отпила горячего молока.
– А я первый раз прыгнул на спор. Родной дядя, тот ещё экстремал, взял на слабо, – Влад усмехнулся своим воспоминаниям, – морально я к этому тогда ещё не был готов. Замучил инструктора вопросами про статистику смертности при прыжках. Помню, высоту набираем, и в моей голове единственная мысль, какого чёрта я здесь делаю?! А деваться то некуда, неохота прослыть перед дядей трусом. В общем, я даже не прыгнул, а вывалился как овощ. Зато пока летел, счастливый до одури, понял – это не последний мой прыжок.
Я моргнула, было не совсем удобно хранить вынужденное молчание, когда нестерпимо хочется поделиться впечатлениями. Поэтому я постаралась расслабиться и внимательно, не сводя глаз, слушала своего собеседника. Мой пристальный и, надо признаться, восхищенный взгляд, очевидно, натолкнул Влада на не совсем правильные выводы. Это я поняла, когда он осторожно дотронулся до моей руки и стал поглаживать её теплыми пальцами. Я, опустив глаза, разорвала тактильный контакт. На что брюнет лишь кивнул, будто в чём-то удостоверившись.
– Ну что ж, не всегда мы нравимся тем, с кем нам хорошо и легко. Я надеюсь, ты не имеешь ничего против хорошей, доброй дружбы? – Влад протянул ладонь как для рукопожатия. Жест, на который я тут же, радостно ответила.
Он, без тени обиды, продолжил развлекать меня занимательными историями из своей насыщенной событиями жизни. С Владом всё было просто. Никакой неловкости, стеснения или дискомфорта. Рядом с ним не возникало желания раствориться в щемящей сердце нежности, как с Кириллом. Не ослеплял дикий и в то же время волнующий страх, как в присутствии Ромы. Ничего этого я, увы, не испытывала. Его хотелось просто созерцать. Может быть, я какая-то неправильная, раз в достойном, красивом молодом человеке вижу лишь хорошего друга? Он бы попросту не смог меня обидеть или заставить страдать. Чего же мне не хватает?
От обилия неразрешимых вопросов начало давить в висках. Влад предложил сходить в кино, на премьеру очередной голливудской комедии. До начала сеанса оставался час, и мы решили побродить по окрестностям. Поглазели на причудливый фонтанчик. Покормили голубей, было весело наблюдать, как наглые пернатые, жадно толкаясь, клюют купленную Владом булочку. Фильм тоже не разочаровал, мы от души посмеялись над уморительными приключениями главного героя. В целом день прошёл просто замечательно, что я и прошептала довольному Владу, когда вышла из машины.
– Я проведу тебя до двери подъезда, ты не против? – парень устремил на меня умоляющий взор, – кто знает, когда ещё нам выпадет возможность увидеться и так душевно провести время.
Я продела руку под его локоть и заулыбалась. Правда, улыбаться мне пришлось недолго.
Был уже поздний вечер. Порывистый, холодный ветер гонял опавшую листву и пробирал до самых костей. Однако со стороны детской площадки доносились звуки пения и гитары.
– Разве серенады ещё не утратили свою актуальность? – вполне искренне изумился Влад.
Я пожала плечами, жильцы нашего дома не отличались тягой к романтике или к ночным посиделкам на свежем воздухе. Всё встало на свои места, когда мы поравнялись с нарушителями привычного здесь порядка. Это были хорошо известные мне Соколики, они, удобно устроившись на деревянном бортике песочницы, горланили песню о безответной любви. Рядом, на качели грустил сгорбившийся Витя, периодически затягиваясь сигаретным дымом. Эдакий классический страдалец. Рома тоже был с ними (а кто ещё мог организовать импровизированный концерт в такой холод?). Всё бы ничего, (нам-то какое дело до чужого помешательства?), да только Громов посчитал иначе. Он, угрожающе надвигался на нас. Воин апокалипсиса, ни дать ни взять! Подойдя к нам почти вплотную, упёрся в меня сияющими злостью глазами.