При чём здесь терпение? Речь ведь не о сорванном по моей вине свидании! Однако посвящать Настиного отца в подробности дела я не решился. Язык не повернулся озвучить такую мерзость. Да чёрта с два я буду бездействовать, что-нибудь придумаю. Обязательно. Ну, а пока, настала пора платить по счетам.
Сжав в кулаке злосчастную простыню, я вернулся к себе. Открыл папин сейф. Прохладная сталь пистолета, приятной тяжестью оттянула руку, в то время как губы сами растянулись в широкой улыбке. То, что надо!
Спрятал оружие за пояс джинсов и выскочил из квартиры, набирая на ходу хорошо знакомый номер.
– Я соскучился, Ритуль. – Дожидаться лифт не стал, решил спуститься по ступенькам.
– Нет. Ты мне очень помогла. – Ещё один пролёт, торопливые шаги гулким эхом отдаются по лестничной клетке. Я облизнул губы от нетерпения. – Отметишь со мной? Жди.
Выбежав во двор, кивнул пожилой соседке и сел на свой мотоцикл. Аккуратно выехал на проезжую часть, миновав запруженные ребятнёй дворы, и лишь затем рванул навстречу вечернему городу. Обычно, я полностью отдаюсь скорости, наслаждаюсь ею, но не сегодня. Сегодня у меня в голове лишь Настя, моя многолетняя мечта.
Поначалу я считал её глупой девчонкой, плаксивой и скучной. Она не хотела играть со мной в войнушку, боялась спускаться с высокой горки, игре в мяч предпочитала свои мерзкие куклы. Приходилось раз за разом ломать её игрушки, в надежде, что это вынудит малышку играть со мной. Напрасно.
Потом началась школа, я хотел сидеть с ней за одной партой. Но она, как подстреленная, кинулась на свободное место к какой-то Дашке с жиденькой косичкой. Я всячески досаждал этой Даше, пока она не перевелась в другой класс. Казалось бы, путь свободен, но именно тогда нас рассадили. Настенька теперь делила парту с Тимофеем. Как я его ненавидел! Ему моего «внимания» доставалось с лихвой, но парень не сдавался. Моя тирания их даже сблизила. Настя его жалела, ей всех всегда было жалко и это я также пытался исправить. Стоило моей маленькой посочувствовать Тиму, как ответка прилетала уже ей самой. А потом Настя уехала. Долгими вечерами я стоял во дворе, всматриваясь в темные окна её комнаты. Тщётно. Я снова остался один, никому нафиг не нужный.
Потом, в 15 лет, не иначе как судьба, нас снова свела. Вырезая плечом к плечу украшения на ёлку, в мое пропитанное одиночеством сердце, снова просочилось тепло, которое почему-то возникало лишь рядом с Настей. Только её сердце уже оказалось занятым, а я, по-прежнему, оставался пустым местом. Я ненавидел того пацана. Люто ненавидел. Он украл у меня Настино внимание. С каким вызовом и презрением она смотрела на меня, в день отъезда в столицу! В меня вновь вгрызлась обида, подбивая приняться за старое: наказывать девчонку и унижать доставучего Тима, который снова принялся мешаться под ногами. С наслаждением избивал её поклонников. Доводил свою малышку до слёз, отчего самому потом хотелось лезть на стены. А Настя, несмотря ни на что, рвалась к любимому. Наивная, думала, ей кто-то позволит. Я её просто запер в раздевалке. Пусть злится и ненавидит меня сколько угодно. Лишь бы оставалась рядом.
В нынешнем году всё изменилось. Не знаю, что именно послужило причиной, может быть Настина неосознанная реакция на мою близость. О, её невозможно было игнорировать. Это открытие шибануло похлеще удара током. Я был милым с этой девушкой, с ней единственной. Только Настя мне не поверила. Сам бы в подобное не поверил, однако она уже привыкла видеть во мне чудовище и снова начала отталкивать, сопротивляясь самой себе.
Даже когда Настино «побудь со мной», перевернуло мой мир, я ещё не до конца осознал насколько она мне дорога. Первое наше объятие, первый поцелуй, первый танец – гвоздями вбились в гробовую крышку моего благоразумия. Этот дурацкий спор, она бы всё равно о нём узнала. Ещё вчера заявил Вите, что сворачиваю его. Пусть забирает мой айфон и катится на все четыре стороны. Оставалось только покаяться. Но я слишком боялся потерять своё хрупкое счастье. Чёртов трус!
Я заехал в Риткин двор и стал ждать, даже не заглушив мотор. Девушка пулей выскочила из подъезда. Облегающий наряд, распущенные волосы, высоченные шпильки. Хмыкнул. Всё как мне нравится. Ничего не спрашивая, пристроилась за моей спиной и доверчиво прижалась… идиотка.
Она продолжала молчать, даже когда мы выехали за город и свернули в богом забытую деревеньку. Я заглушил мотор у покосившейся лачуги, на самом отшибе. Здесь раньше жила тётка одного знакомого. По его словам, женщина была с «приветом». Не знаю насколько это правда, живой я её не застал. Да мы всего-то один раз сюда и наведались, он проверить хотел, осталось ли здесь что-то ценное. Не осталось. Зато в деревянном сарайчике точно была лопата.