– Что за бред! – я не стал выбирать выражения. – У вас творится какая-то чертовщина. Ваш Александр Александрович просто взял и испарился, провел меня мимо картин, словесно поиздевался и был таков, а график я даже в лицо не видел.
– Очень странно, – настаивала с той же улыбкой Дарья Александровна. Она начинала меня раздражать, не может человек так долго улыбаться, харя треснет! – Наш уважаемый Сан Саныч сообщил, что управлялся с вами, как с любимым внучком и на прощание вложил в ваш передний карман тот самый график, еще и похлопал сверху.
– Ага, – я начинал подозревать, что Дарья Викторовна и Александр Александрович одна шайка, но к чему эта шутка с исчезновением?! И стоило ли разбираться?! Охранник, странный к тому же, умеет подставлять, нашел же он время, чтобы позвонить этой Даше.
Я заглянул в передний карман пиджака. Записка была. На бумажке значились даты, когда мне необходимо дежурить. Ее я, конечно, видел впервые. И впрямь чертовщина!
– И мне свой телефон оставьте, пожалуйста. – Я поглядел на Дашу с испугом. Уже и не помню, когда она для меня стала Дашей. Скорее всего, от страха. Кажется, к моим бесчисленным страхам прибавился еще один – кратковременная потеря связи с действительностью.
Женщина не сопротивлялась просьбе. Я отыскал стопку бумаг на столике при входе, изъял выцветший клочок какого-то старого, забытого отчета, и записал ее номер.
– Кстати, это и есть ваше рабочее место. – она ехидничала, смотрела на меня с любопытством. Я постарался скрыть удивление. Передо мною предстала некая дедушкина завалинка: потертый диван, стол с красным телефоном. Мне стало неловко упоминать вслух, что телефон предельно старый, в нем есть наборник. Для полного счастья здесь еще и поставили телевизор – он тоже давно достиг преклонных лет. Даша приметила то, как я замешкался. Я не знал куда себя девать. Назревала мысль убежать.
– Я не ожидал, что мне придется сразу броситься в…– я запнулся, не хотелось обижать собеседницу. Очень хотелось произнести слово «омут», но я вовремя осекся. – Я уже говорил об этом.
– Вам нужно попривыкнуть к этой ответственной работе? – Дарья уставилась на меня оценивающе.
Подкалывать женщину глупо. К тому же барышня принесла мне поесть.
– Надеюсь, что этот обед не вычислят из моей зарплаты?
– Михаил, я просто люблю готовить. Угощайтесь!
«Удивительно, она может быть мягкой! Еще и призналась, что сама готовила, хотя сказала, что закупила в столовой», подумал я.
После краткой и непримечательной беседы, в которой Дарья Викторовна допустила кокетство, мы распрощались. Я остался один. Вернее, в обществе изумительных котлет и салата. Девушка заслужила похвалы. Компот был без сахара, но я выпил напиток с удовольствием.
Вид за окном не заслуживал особого внимания, но меня захватила сама обстановка. Солнце слепило, но я, прищуриваясь, разглядывал машины, оставленные владельцами у зданий напротив. Вот она радость охранника – ничего не происходит, только чай попивай.
Затем на противоположной стороне улицы объявились пьяные до безобразия ребята. Их возраст еще позволял пренебрегать здоровьем. В двадцать лет тебе кажется, что бессмертие – твое второе имя. В тридцать что-то побаливает спина, и ты хватаешься за поясницу. В сорок тебе выписывают очки и предлагают диету…
Ребят я почему-то назвал корсарами. Еще я представил себе, что эти трое возвращаются после крупного празднества в таверне к себе на корабль. Судно должно непременно называться как-то зловеще. Я ожидал с нетерпением, что один из них, тот, что с поцарапанным носом, выкрикнет нечто вроде: «Свистать всех наверх!» или хотя бы: «девицу мне девицу, да потолще!». Я не поленился открыть форточку. Они должны были сказать что-то пронзительно философское.
– Люба твоя, доступная, особенно по пятницам!
Чем меньше человек ростом, тем чаще он пытается показать свою дерзость или значимость. Это был тот самый случай. Интеллигент-коротышка тут же получил в глаз от агрессивного хулигана, которому я присвоил звание Каток. Малыш присел на тротуар, а опьяневший бунтарь вместо слов рыкнул угрожающе и встал рядом с побежденным товарищем, неловко обнимая уличный фонарь, как молодую девицу. Нашелся в этой компании свой Мудрец. Он держался в сторонке и только выкрикивал наставления типа: «Не надо!», «К чему это!», «У него и так кривой нос!», «Вася, ты же со справкой!».