– На самом деле, если бы он съел немного слизи, то первое, что он бы сделал – это обблевал бы все вокруг, – размышляет Эйлин вслух. – Хотя слизь на вкус скорее всего сладковатая.
Артур хмыкает.
– Серьезно?
– Да, в клетках слизи есть немного глюкозы.
В ней вообще много чего интересного. Но далеко не все, что ученые на станции нашли в ней, оказалось понятным. Поэтому они и здесь.
В теории слизь могла бы быть полностью безопасной для человека, если бы не обнаруженные в ней странные кристаллические структуры, которых нет ни в одном известном науке веществе или материале. Наверняка они и скрывают секрет уникальных способностей слизи.
– Сладко значит вкусно, – комментирует Артур. – Почему ты тогда говоришь, что он побежит блевать?
– А ты бы не побежал? – спрашивает Эйлин. – Когда осознал, что то, что ты съел, внутри тебя пришло в движение. Возможно, обратное.
– Фу.
– Именно.
– Значит слизь не захотела бы исследовать выделительную систему человека?
– Надеюсь, что нет. По крайней мере, из мышей она выходила так же, как и попадала – через рот.
– Нет, – вдруг говорит Артур.
Эйлин замирает.
– Что нет? Я точно знаю.
– Нет, не ходи туда. Я вижу, куда ты смотришь.
– Может, я на горизонт смотрю!
– Нет, ты смотришь на растения.
Он прав.
Эйлин опускает голову, чтобы пялиться не так очевидно – пейзаж красив так же, как и заманчив. И это непередаваемое щекочущее чувство, как в детстве, когда перед тобой тонкая перекладина через большую трещину пола в заброшенном доме и ты знаешь, что это может быть очень опасным, но так и тянет рискнуть.
Фиона, столкнувшаяся с растениями первой, сразу предупредила всех, что в рощу лезть не стоит. И сама по приказу Кирана туда не полезла. У крупных сине-зеленых листьев очень острые края.
– Я запрещаю приближаться к ним, – жестче проговаривает Артур.
В Эйлин не так много безрассудства, несмотря на любые соблазны. Она подумывала только глянуть с более близкого расстояния. Но ладно.
– Есть, капитан, – вяло отвечает она.
– И принимайся давай за работу. Проверь данные мониторинга Фионы, а потом помоги остальным с постройкой. До заката осталось пять часов! Надо успеть проложить хотя бы треть.
Мимо проходит Один с огромными охапками брезента, а вслед за ним едет небольшой грузовой робот с каркасными материалами. Дэни, Мигель и Хэн тоже начинают стягиваться к площадке перед входным люком.
– Хорошо, – вновь соглашается Эйлин.
– Вот и молодец, – хвалит Артур и с еле заметным коротким звуком отключается.
Эйлин послушно разворачивается к модулю, чтобы вернуться в медотсек и скооперироваться с Фионой, которая следит за показателями всех, кто ушел к скалам.
– Эй, лапуля! – окликает ее Мигель. – Пользуешься особым расположением кэпа?
Из трех пилотов “Ахиллеса” его летный стаж самый большой, хотя ему всего тридцать четыре. А ведет он себя порой так, словно в два раза меньше. Он неплохой человек, надежный, компанейский и веселый, хотя юморит чаще по-черному и ужасно любит по-детски подначивать окружающих. Лизе он, кстати, тоже нравится: маленький ребенок в теле взрослого дядьки рассказывает ей истории более занимательные, чем грустные и короткие монологи его коллег о том, как они скучают по Земле, которую не видели больше трех, а то и пяти лет.
– Да, пользуюсь, – подтверждает Эйлин.
Скрыть то, что Артур позвал ее замуж за месяц до миссии, не получилось, так что вечные шутки про особое отношение стали бытовыми, а со временем – скучными, поэтому Эйлин быстро перестала на них вестись и отвечала, что да, она вообще-то старалась четыре года и делала всякое, чтобы в будущем, если Артур вдруг станет капитаном, иметь возможность отлынивать от своей работы.
Но это не так, к сожалению или к счастью. Артур безжалостен ко всем, включая друзей и близких. Розовые очки Эйлин не приклеены к ее носу – она может их снять и посмотреть объективно: он в первую очередь хороший капитан и уже только потом хороший жених. Она не жалуется, потому что свою работу тоже очень любит и в эту экспедицию отправилась не ради Артура. Она мечтала о космосе с подросткового возраста, и он мечтал управлять космическим кораблем с еще более ранних лет – именно благодаря этим мечтам они и встретились, но отказываться от них, чтобы сутками быть друг при друге, не смогли бы даже под страхом расставания. Их уже разделяли разные миссии – как правило, недолгосрочные – но перед отбором на Хофус он решил сделать ей предложение, чтобы даже на расстоянии в несколько световых лет быть вместе хотя бы так. С такой работой, как у них, многим астронавтам приходится либо быть совсем одинокими, либо постоянно жить в режиме ожидания. Третий вариант, когда оба оказываются на борту одного корабля, выпадает крайне редко, поэтому им чертовски повезло. Этот приятный бонус не помогает Эйлин отдыхать больше. Она и не хочет – в конце концов, чужая планета – это не курорт.