Услугами родителей пользовались подпольно. Мама латала преступников после основной смены в больнице, своими силами и руками, без использования искусственного интеллекта, работа которого тщательно регулировалась и проверялась законом. А отец работал в неком особом отделе технического завода и поставлял андроидов напрямую в одну из главных местных группировок. Их деятельность была практически общей, потому что и больнице, и заводу покровительствовали одни и те же люди.
Кто из родителей решил перерубить сук, на котором они сидели, неизвестно. Предположительно они хотели забрать Кирана и Эйлин и покинуть Канаду навсегда, потому что в доме нашли собранные чемоданы и документы с билетами на самолет в Европу. Просто не успели. О том, кто приказал их устранить, не написали даже в новостях, хотя одно лишь упоминание завода по производству андроидов отвечало на этот вопрос. Наказание, естественно, никто не понес.
Расправа была чрезмерно жестокой – новостные порталы, спекулировавшие на людских трагедиях, не забывали об этом сказать лишний раз. Эйлин была рада тому, что их с Кираном не оказалось тогда дома, даже не потому что их бы убили тоже, а потому что они не видели этого кошмара своими глазами. Пожилая соседка миссис Донован, к которой ее отводили, если некому было с ней сидеть, сама забрала ее после дошкольных дневных занятий и провела к себе мимо родного дома, окруженного лентами, полицейскими и андроидами – прямо как те, которых делал папа. А Киран нашелся поздно вечером, потому что загулял с друзьями. Они оба в один миг стали сиротами, которых некуда приткнуть и которые не нужны никому, потому что других родственников попросту нет.
Кирану было десять, а Эйлин семь, когда их отправили в интернат. Не худшее место – правительство потратило немало денег на то, чтобы сделать детские дома максимально комфортными и безопасными для детей, лишившихся семей.
В силу возраста Эйлин не могла толком понять, куда подевались мама с папой, и не хотела принять тот факт, что они не вернутся за ними. Киран несколько лет тащил ее на себе, заставлял хорошо есть, учиться, спокойно спать, играть и быть нормальным ребенком, не лишенным детства. Он был рядом, и Эйлин добровольно следовала за ним, потому что за кем еще?
Они учились в одной школе при интернате, поступили в один и тот же университет на разные специальности, а позже Киран, чтобы не бросать ее, остался доучиваться еще три года и получил дополнительную специальность разработчика ИИ.
Самостоятельности Эйлин захотелось в двадцать один год, когда она огорошила брата новостью о том, что дальше собирается продолжать обучение в космической академии. Киран не попытался ее отговаривать – спросил лишь, уверена ли она, а затем просто кивнул и сделал то же, что всю жизнь делала она по отношению к нему – последовал за ней.
Роботы активно использовались в космонавтике уже десятки лет, но люди, специализирующиеся на андроидах нового поколения, как раз приходились на тот момент очень кстати, так что Киран вовремя подался туда и в результате попал в золотую десятку лучших специалистов – первых и наиболее опытных.
Десять месяцев учебы на Земле, два года на “Радиксе”, еще два работы там же – и вот они здесь.
Эйлин помнит очень смутно, но десятилетний Киран был настоящим заводилой и душой компании, потому что ребятишки из района, где они жили, гурьбой шли за ним туда, куда он поведет – маленький капитан, настоящий лидер. После смерти родителей больше она его таким никогда не видела: новых друзей он не завел, общался с одноклассниками, однокурсниками, профессорами и коллегами исключительно по делу, все время торчал в мастерской, а в свет выходил только стараниями Эйлин.
Иногда она позволяла себе неприятную мысль, что все это с ним случилось из-за нее. Да, ключевым событием была потеря родителей, но ведь он бесповоротно замкнулся на беспомощной младшей сестре и из-за нее стал нелюдимее. Психологи в академии на Земле и на “Радиксе” неоднократно устраивали им совместные сессии, ввиду их общего травмирующего прошлого, и там приходилось регулярно изливать душу, так что Киран об этом знал. И был категорически не согласен.
Почти сразу в его жизнь ворвался Артур, и Киран продемонстрировал его так, словно хотел переубедить: вот, посмотри, настоящий друг, на тебе, дорогая сестра, свет клином не сошелся. Эйлин вздохнула с облегчением намного позже, потому что до “настоящего” друга Артуру еще предстояло вырасти, а до него Киран в шутку признавал друзьями ненастоящих людей. Андроидов. В шутку ли?