– Я уже все сказала, – врет Эйлин.
Есть вещи, которые она не имеет права говорить. Нельзя просто взять и полететь обратно на станцию, не завершив важную миссию, только потому что ей взбрело в голову, что случится что-то ужасное.
– Может, усилить меры безопасности? – предлагает Артур.
Эйлин качает головой и кладет ее ему на грудь.
Они и так достаточные. Ей не нужно лишний раз об этом напоминать, хоть Лиза и считала иначе. Сверх того, что уже сделано, они не сделают. Тут что-то другое…
– Хм. А может, стоит хорошенько попросить нашего местного шута, чтобы перестал рассказывать свои космические страшилки? – не сдается Артур.
– Не надо, Мигель перестанет меня уважать.
– Тогда…
– Смену я пропускать не буду, – перебивает Эйлин, догадываясь, что именно он готов еще предложить. – Иначе не он один будет коситься на меня из-за твоего особого отношения.
Артур фыркает.
– Вообще-то он попросил меня остаться на еще одну неделю там, и я ему разрешил. Выходит, особое отношение у меня ко всем, кто вежливо попросит.
– Не важно. Это просто… ну, дурацкое предчувствие.
– Если бы мы прислушались к твоему “дурацкому” предчувствию четыре года назад, то я не захлебнулся бы тогда водой, чуть не умерев.
Эйлин застывает.
– Если бы мы к нему прислушались, то, может, сейчас я бы тут не стояла и кольцо это не носила, – тихо говорит она, приподнимая правую руку.
На безымянном пальце поблескивает небольшой бриллиант на серебряном ободке – золото Эйлин никогда не нравилось. А на правую руку Артур, разволновавшись, сам его надел и почти сразу сообразил, что сделал не так. Эйлин подумала, что это очаровательно, сжала ладонь в кулак и не дала исправиться. Так до сих пор и носит на правой.
Артур ничего не отвечает. Потому что, наверное, согласен с ней. Несмотря на страх, что Эйлин пережила в тот день, момент оказался поворотным для них обоих.
Они познакомились спустя некоторое время после того, как Киран вообще начал зависать с Артуром. Они изредка перебрасывались приветствиями и незначительными репликами и в целом проявляли равнодушие по отношению друг к другу. Любви у них не случилось ни с первого взгляда, ни даже с десятого. Высокий, светловолосый и светлоглазый Артур привлекал внимание многих падких на внешность девиц, но Эйлин до того, как она узнала его поближе, он казался просто экстравертной версией брата – короче говоря, болваном.
А потом у Артура с Кираном начался второй подростковый период, потому что они начали страдать ерундой, регулярно спорить и ожесточенно соревноваться в каких-то сущих мелочах.
Артур, должно быть, посчитал блестящей идею побесить Кирана с помощью Эйлин, урвав кусок ее внимания. В том, чтобы позвать на свидание сестру друга, вообще-то не было ничего странного, но Киран относился к любому мужчине, который приближался к Эйлин с подозрительными намерениями, как к врагу народа. Иными словами у него был идиотский братский комплекс.
Эйлин, наверное, тоже захотела досадить ему, потому что согласилась – нечего было принимать решения за нее и отпугивать всех заинтересованных. Впрочем, Артура она за этот дебильный поступок поощрять своей благосклонностью тоже не собиралась.
Он сводил ее погулять несколько раз и даже оказался очень обходительным парнем. И ужасно терпеливым. Эйлин приняла правила чужой игры и очень старалась вывести его из себя и отпугнуть, но Артур напряженно улыбался ей в ответ, стиснув зубы, и продолжал гнуть свою линию. Они почему-то долго стояли на месте, не решаясь ни заканчивать этот цирк, ни пытаться вести к чему-то большему.
Окончательно все изменил случай.
Это были последние недели на Земле перед отлетом на “Радикс”, и Эйлин стремилась набраться впечатлений на несколько лет вперед. Завершение обучения на станции не гарантировало того, что она останется в космосе, но если бы это случилось, то о Земле пришлось бы забыть лет на пять. Поэтому каждые выходные Эйлин старалась уезжать куда-нибудь в глушь, чтобы наслаждаться природой.
На вылазку к океану она Артура с собой не звала – он напросился сам. Уже стоя на берегу и дожидаясь хозяйку проката катеров, Эйлин почуяла неладное и так сильно захотела все отменить, что почти развернулась в обратную от причала сторону. Артур шутливо спросил, не нервирует ли ее случаем намечающаяся романтика, но Эйлин намек не оценила и неосознанно схватилась за полу его рубашки, когда он чересчур заинтересованно уставился на катер.