Помимо людей, на эту миссию также допустили и высококлассных андроидов, поскольку часть финансирования обеспечила одна из крупнейших компаний по их разработке. Андроидов, которых уже и не отличишь от людей, постепенно начали внедрять в космические сферы всего лишь два года года назад, отправив двадцать штук на “Радикс”, где они присоединились к полусотне обычных старого выпуска. Они хорошо показали себя в работе с людьми, поэтому троих из них сразу же определили в состав команды “Ахиллеса”.
В первые сутки на его поверхность ступила Фиона, задачей которой были первичный сбор и анализ информации.
За работоспособность андроидов в экспедиции отвечает далекий от естественных наук Киран, поэтому никто не удивился тому, что именно он вляпался в инопланетную жижу, которую Фиона принесла на борт посадочного модуля не только в контейнерах для образцов.
Ей понадобилось два часа, чтобы оценить территорию, где решено было обосноваться, и за это время любопытная слизь облепила подошвы ее ботинок. Пробраться выше ей не дал графеновый слой, покрывающий восемьдесят процентов поверхности костюмов всех участников экспедиции, включая андроидов.
Условия на Хофусе щадящие, поэтому чтобы защититься от плохо изученных патогенов, скафандры не требуются. Вместо них придумали облегченный вариант, который полностью скрывал все части тела, не допуская контакта с окружающим миром. Кислородные баллоны заменили более компактными респираторами – воздух на планете пригоден для человека, но только после тщательной фильтрации. Без нее он смог бы продержаться несколько часов, а затем повышенное содержание окиси углерода в воздухе неминуемо привело бы к отравлению и летальному исходу.
Фиона вышла из строя, оказавшись на борту модуля в дезинфекционном отсеке. Когда она сняла защитные очки с маской и расстегнула капюшон, слишком тонкая и мощная струя антибактериального раствора, неосторожно пущенная Шоном, сидевшим за пультом управления, выбила ей глаз – самое уязвимое, между прочим, место.
– Дебил! – рявкнул Киран и, махнув картой доступа, бросился к дорогостоящему андроиду на помощь.
И тогда, повернув голову залагавшей Фионы набок, чтобы рассмотреть серьезность повреждений, он и вмазался ребром ладони в растекшуюся на прорезиненной плечевой части ее костюма слизь. Ее она, судя по всему, подцепила откуда-то с растений, которые на Хофусе могли возвышаться почти на три метра над почвой.
На самом деле, как выяснилось позже, именно гостя с плеча Шон и хотел снести прицельным ударом струи после общей обработки паром – просто угодил мимо. Что не оправдывало его в глазах Кирана.
– Дебил, – сказала Инга, разобравшись в ситуации, только обратилась уже к Кирану. – Кто тебя соваться туда просил до завершения дезинфекции?
– Откуда я знал, что она не завершена?!
Инга заперла его в карантине со словами “сам виноват” и, воспользовавшись его поспешностью, раньше времени продолжила исследования, которыми занималась в составе русско-канадской команды Жаклин Кидни. Несмотря на то что именно канадка была главной, руководителем самой экспедиции на Хофус назначили Ингу, потому что Жаклин, к ее глубочайшему сожалению, жесткий отбор, который сама же таким и сделала, не прошла.
Конечно же, никакой катастрофы в том, что Киран коснулся инопланетной слизи, не было, ведь в ней нет ни ферментов, которые смогли бы расщепить белки, ни кислот, ни токсинов: съесть или убить живой организм она не способна – доказанный факт. Более того, это даже не первый ее контакт с человеком. Один из ученых на станции коснулся слизи, когда лазерный нож в его дрогнувшей руке разрезал перчатку, и отсидел в карантине почти месяц, прежде чем все окончательно удостоверились в том, что трогать слизь голыми руками в целом безопасно.
Однако необычный прозрачно-оранжевый цвет слизи, оставшейся на костюме Фионы, был подозрительным и указывал на то, что Киран подхватил еще и некоторое количество неизученных бактерий с местных растений. Общий дезинфицирующий раствор в виде пара очистил только поверхность слизи, никак не повредив ее целостность, а вот как это отразилось на ее внутренней части, необходимо было узнать.