Он спешит в техблок и по дороге вызывает Дэни.
– Где сейчас Фиона? Отследи срочно.
– Здесь.
Артур врывается туда бегом, за короткое время надумав себе самые ужасные варианты событий. Дэни с Фионой тоже развлекался! Что если она собирается устранить всех, кто использовал ее?
– Чего запыхался? – спрашивает Дэни, оглядываясь на него.
– Где она?
Дэни поджимает губы и качает головой в сторону, где Фиона сидит на полу, рядом с аппаратом для подзарядки андроидов. Ее голова опущена, но ни один из кабелей не подключен.
– Она деактивировала себя, – весело говорит Лори.
Это самый неудачный выбор интонации, который только может быть, и Артур на секунду испытывает облегчение – у андроидов есть генератор эмоций на тот случай, когда они не справляются с обработкой информации и не могут проанализировать ситуацию верно. Однако Лори смотрит на него так же осмысленно, как посмотрел бы человек, и его морозит от неясного предчувствия.
– Что?..
– Она только что пришла и… – Дэни задумчиво мычит и трет нос, а затем начинает тараторить: – Черт. Да я не успел ничего сделать. Я даже не знал, что у наших андроидов есть такая функция. Я думал, что только у военных это есть.
– Что значит деактивировала себя? С чего вдруг? Я говорил с ней несколько минут назад!
– Ты чем-то обидел ее? – снова вмешивается в разговор Лори.
– Она не…
Артур осекается. Она могла. Она могла подумать, что обиделась, и сделать это частью своей программы. Теперь он знает, что в теории они все могут. Необычайно веселая Лори, болтающая ногами на столе, и тихий Один, который в полуразобранном виде сидит перед Дэни – Киран включил свободу воли каждому из них. Не код влияет на их действия и подбирает им реакции теперь – ими движет хаос, едва ли сдерживаемый прописанными при создании характеристиками.
– Она сказала, что ты знаешь, что она натворила, – говорит Дэни. – И что ей… как бы… стыдно. А потом просто отключилась и запустила необратимый процесс стирания данных. Киран меня убьет.
– Кирану будет очень грустно, – произносит Лори и, опустив уголки губ, живо демонстрирует эту же эмоцию.
– Она убила Шона и Лизу, – говорит Артур.
Дэни расширяет глаза, смаргивает шок и скашивает глаза сначала на Лори, а затем на Одина – незаметно для них.
– Ну… Я так и подумал, если честно.
Артур догадывается, что он выяснил причину их изменившегося поведения. Провел глубокий анализ, отыскал внутри беспорядок и понял, что его вызвало. Дэни вряд ли в курсе, как включается свобода воли андроидов, поэтому вернуть все на место не сможет. Без Кирана ничего не получится. И если он еще в здравом уме, если Фиона сказала правду и он не хотел этих убийств, он пойдет навстречу.
Впервые за долгое время глядя прямо в глаза Кирану – в точности такие же, как у Эйлин – Артур каменеет. Он прилагает миллион усилий, чтобы сохранить самообладание в разговоре с ним, но тот уклоняется от ответа на прямой вопрос, уходит от темы, возвращаясь туда, где они остановились в прошлый раз, и без пощады насыпает на рану соль. Это становится невыносимым, и единственный выход, который видит Артур – это выход из помещения.
Он мог бы рассказать Кирану о Фионе – он и собирался, но… выдержать это оказалось сложнее. Вместо этого он просит Мари привести его – пусть узнает сам.
– Мы выпускаем его? – уточняет она.
Артур вообще не уверен, для чего они это делают. Лори сказала, что Кирану будет грустно – из-за этого все выглядит так, будто он дает ему шанс попрощаться с пустой программой и поскорбеть.
– Фиона же призналась, – говорит Лори. – Киран ни в чем не виноват. Выпустите его, пожалуйста.
Артур, Дэни и Мари поворачиваются к ней почти одновременно, но странную атмосферу, которая повисла после ее слов, она уловить не способна. К счастью.
– Да, – медленно проговаривает Артур. – Мы выпустим его.
– Ура! – радуется Лори.
Она стремительно меняет настроение, когда приходит Киран, и Артур больше наблюдает за ней, чем за ним. Она выглядит печальной, старается прикоснуться к нему и поддержать. Как же сильно она отличается от остальных андроидов... Киран будто создавал ее не по общей методичке и вложил в нее намного больше, чем требовалось. Потратив на нее столько лет, он крепко привязал ее к себе и привязался сам. Если свободная Фиона, мягкая, послушная и добрая, смогла извратить свою программу и оправдать убийство, то до чего может додуматься яркая выскочка Лори, еще и одержимая своим хозяином?