Вечер четверга.
У Оли рутинный СПА, я снова пытаюсь писать в своём дневнике. Четверг один из моих любимых дней, две пары ботаники и тихий "девичий" вечер. Соседка сама раскуривала палочку благовоний в такие дни, доставала из-под кровати доски Садху, игнорируя то, что и благовония, и доски это моя собственность. У Брюлловой это выходило так обыденно и элегантно, что я не противилась, лишь иногда посмеиваясь с её попыток устоять на гвоздях как можно дольше. Взамен мне всегда перепадала какая-нибудь из новых тканевых масок , что вполне хватало на уплату четверговой аренды моей собственности.
Мы зашторивали окна по четвергам что бы непривычный свет и дым в окне не выдали нас. В такие дни включались гирлянды, которые обычно мы прятали от комендантов в бельевом ящике комода, обернув носками. Включалась тихая полу-попсовая музыка из плейлиста "для медитаций", который всегда собирала Оля, мой опыт в медитации был возмущён как кто-то вообще мог под это медитировать. Но она правда пыталась, перемазанная масками и кремами со смешным и растрепанным хвостиком в который кое-как собиралось её удлинённое каре. Я и сама удивлялась как нам могло везти и не один из наших вечеров, нарушающих все нормы пожарной безопасности в общежитии, не был прерван неожиданным рейдом. Наверное, потому, что мы никому и никогда не упоминали о таких вечерах. Мне было некому говорить, а Оля благоразумно не хвасталась хоть чем-то перед своим кружком по интересам. Традиция досталась нам по наследству от старших соседок, как и проверенный перечень правил, позволяющих уберечь тайну четверга. И мы следовали им, даже было немного жаль, что нам, возможно, не удастся её передать. Общая тайна сплачивала и в четверг мы с Олей могли сойти за настоящих друзей, ну, это если смотреть со стороны. Привычную идиллию прервал неуверенный стук в дверь.
Это оказалась Ира, с покрасневшими от слёз глазами и растрепанными косами. По её же рассказам я знала, что ей повезло и поселили девочку с такими же сверстницами первогодками. Что же могло случиться с чем ей не смогли помочь новые подружки ?
— Эй, ну ты чего? — пропускаю девочку в комнату и прикрываю дверь. Оля тоже оставляет свои попытки выстоять на Садху и подходит к нам. Ира уже бывала у нас в комнате, напросившись со мной. Источая всей своей натурой доброту и искренность, она успела покорить и мою соседку.
— Кто ? — строго спрашивает Оля, словно сразу понимая в чём дело, мне всё ещё трудно поверить, что кто-то мог обидеть такого ребёнка.
— Девочки...они...они...говорят, что я жалкая и вы просто меня жалеете. Что такую юродивую можно только пожалеть и что мне вообще тут не место — всхлипывая Иришка боязливо косится на нас, словно мы сейчас действительно выставим её за дверь. У неё был порок сердца и астма, бледная, худенькая и низкорослая она не участвовала в играх во дворе и не посещала физру. Вопросов почему ребёнку так легко в ядовитые слова одноклассниц поверилось —не было, она и так постоянно ощущала себя чужой и слабой среди них. Хочется пойти к этим маленьким язвам, что из зависти к дружбе Иры со старшими решили её затравить и надавать по заднице. Хватаю Олю за руку, не давая воплотить в реальность собственные желания расправы. Даже разделяя это чувство —воевать с пятиклассниками казалось идиотской затеей. Ирке была нужна наша поддержка, а не расправа.
— Отпусти. — зло шипит на меня соседка.
— Не отпущу, ты останешься с ней, а я заберу её вещи.
— Вещи? — удивлённо спрашивают меня обе.
— У нас две свободные кровати, если там тебе нет места —здесь ты можешь выбрать любое. — строго смотрю на Олю в которой всё еще бушует злость, я чувствую как повышен её пульс под моей рукой. Она понимает, что я хочу ей сказать, высвобождается из некрепкой хватки и садится на колени, обнимая девочку за плечи что бы успокоить.
В комнату 4о3 я вхожу без стука и три, болтавшие до моего появления, девчонки замолкают испуганно уставившись на меня. Молча подхожу к единственной пустой кровати, достаю из-под неё сумку и собираю в неё вещи из тумбочки. Страх исходящий от пятиклассниц парит в воздухе, но мое появление удивления не вызывает.