— А, ну это обычное дело. После таких кульбитов еще и не такое бывает. Главное, что цел остался. — хмыкнул мужчина. — Ты Зилар Ксай-тан попал на планету Земля, солнечная система. Видать твой корабль попал в аномалию и все — выкинуло у нас. У нас такое случалось, но редко. Многие просто погибли. А тебе повезло. Хорошо я Алдана взял с собой. Без него бы ни за что тебя не нашел. У нас собаки так заваленных снежной лавиной отыскивают. Алдан хоть и не сенбернар, но у алабаев тоже нюх что надо.
— Я, наверное плохо понимаю о чем вы говорите. Алдан — это имя?
— Алдан имя собаки, что тебя откопала. Собака — это животное, которое нам помогает в охране. Алабай порода собаки — вид то есть. Ладно постепенно все поймешь. Так вот у тебя было переохаждение и я тебя подлечил. Гематомы не в счет. Это мелочь. Но у меня для тебя две плохие новости. Первое — назад ты уже не вернешься. Нет у нас таких технологий. И второе — твоя нейросеть повреждена. Глубоко я не копал, но может и восстановится, а может и нет. Я ваших технологий не знаю. У нас тоже есть нейросети, они биологические. А у тебя, судя по ауре нейросеть искусственная и она не работает. Остальные новости хорошие. Ты жив и почти здоров, Наш язык ты уже выучил и можешь еще подучить языков — у нас их много. Поэтому сможешь работать и себя обеспечивать. Ну и все наверное. Да твоя капсула разбита в хлам и восстановлению не полежит. Я её притащил сюда — в сарае лежит. Потом посмотришь, что там твое и нужно тебе. Ты упал на моей земле и я могу передать тебя властям, а могу и не передавать. Поживи пока у меня поправишься — сам решишь что делать. Пока я не раскрывал властям, что ты жив.
Зилар медленно переваривал услышанное. Земля. Солнечная система. Не вернётся. Слова отдавались в голове глухим эхом, будто он всё ещё не мог до конца осознать их смысл.
— Вы… вы серьёзно? — голос звучал хрипло, словно чужой. — Моя нейросеть… она не работает?
Мужчина — его спаситель — опустился на край кушетки, скрестив руки на груди, словно высеченный из камня.
— Серьёзнее некуда. Я врач. Не космический целитель, а простой человеческий доктор. И вижу по ауре, что у тебя есть нечто чужеродное. Не отзывается пока. Может, удар послужил причиной, может, что иное. Аномалии — материя тонкая, не всякому разуму подвластная.
Зилар коснулся пальцами виска. Обычно там искрилось лёгкое пульсирование имплантов, еле слышный шёпот данных, укрытый в глубинах подсознания. А сейчас — лишь гулкая пустота. Бездонная.
— Но… как же я без этого? Это же… всё моё естество. Навигация, перевод, диагностика, память…
— Придётся учиться жить заново, — спокойно отозвался мужчина. — Здесь многие так существуют. Без нейросетей, без имплантов. С одними лишь руками, глазами да головой на плечах. И, поверь, не так уж это и скверно.
В дверь тихонько ткнулось что-то тёплое и лохматое. Зилар невольно вздрогнул.
— Это Алдан, — с улыбкой произнёс мужчина. — Знакомься. Он-то тебя и отыскал.
Перед Зиларом стоял крупный пёс с густой, клочковатой шерстью и умными, почти человеческими глазами. Не зарычал, не залаял — просто смотрел, сканировал взглядом. А потом осторожно ткнулся влажным носом в ладонь.
— Он… понимает меня? — прошептал Зилар, зачарованный.
— Куда лучше, чем ты думаешь. Собаки чуют то, что скрыто от нас. Он сразу знал, что в тебе теплится жизнь.
Следующие дни Зилар провёл словно в забытьи — то ли от слабости, то ли от пережитого потрясения. Его спаситель — его звали Влад — приставил к нему женщину: поила тёплыми травяными отварами, смазывала гематомы душистой мазью, уговаривала съесть что-то наваристое и сытное. Постепенно мир возвращал свои краски и очертания.
Он лежал в бревенчатом доме с высокими потолками и окнами, забранными каким-то зеркальным стеклом. А за ними — нескончаемая снежная пелена, густой лес, звенящая тишина. Лишь изредка доносился приглушенный лай Алдана.
Влад навещал его каждый день. Говорил неспешно и обстоятельно. Объяснял.
— Земля — это не единая империя, как у вас. Здесь множество стран. И языков не счесть. Ты пока изъясняешься на русском — я «загрузил» его в тебя, пока ты был без сознания. Не магия, конечно. Просто технология, пусть и своеобразная. У нас и такое есть. Но это не нейросеть, а скорее — ускоренный курс. Запомнишь, но забудешь, если не повторять.
— Как… технологии? — Зилар силился осознать. — У вас есть технологии?
— Конечно, есть, — усмехнулся Влад. — Не такие, как у вас, но тоже кое-чего стоим. И нейросети свои имеются. И в космос летаем, правда, пока не слишком далеко. И вычислители вполне приличные.