— Ну ты задал задачку, — потрясенно проговорил Юсупов, — Я никогда с этой точки зрения на это не смотрел. Мы же просто проходили материал по мостам. Так сказать, брали то, что дают. А критическому анализу нас никто не учил.
— А тебе на кой хрен нейросеть поставили? Орехи колоть ей неудобно — можно лоб расшибить. Ты сейчас участвуешь в конкурсе на чудо-мост и должен думать головой, а не кое-чем другим. И если ты не понимаешь, как и я, на кой хрен немцы забабахали такой виадук, то у тебя отсутствует критическое мышление. Ты вообще себе представляешь сооружение в 120 тысяч тонн в 19 веке? Это двадцать железнодорожных составов по сто вагонов по 60 тонн каждый, который тянут четыре электровоза. И я, насколько знаю тот район, там никаких кирпичных заводов и в помине не было. Уже не говоря о граните, которого там просто нет как класса. Я тут пересчитал все сооружение, и у меня получилось под 200 тысяч тонн вместе с фундаментами и опорами, если не больше. Вот ты — инженер, и я тебе даю такой проект — за сколько ты его построишь и во сколько это выйдет при нынешнем развитии техники?
— Нереально. Сегодня я столько каменщиков не найду. Отживающая профессия. Только кирпичный завод ставить не менее двух лет, и то стандартный завод может давать два-четыре миллиона штук в год при наличии ресурсной базы, а если рядом нет глины, то вообще труба — только логистика заберет львиную часть расходов, — ответил Александр. — А крупный ставить нет смысла, если нет спроса или порта рядом.
— О чем и речь. Теперь вторая загадка. На строительство кирпичного Московского Кремля ушло около 200 миллионов кирпичей, и строили его, по летописям, всего десять лет. Иван Третий был просто монстром — какой там Петруша Первый! Изготовить 200 миллионов кирпичей и построить Кремль за 10 лет! И это в пятнадцатом веке, Саня! Немцы просто курят в сторонке. Они просто дети со своими 30 миллионами штук.
— Ну ты и задаешь задачки. Сразу видно гения. Никто на это с такой точки зрения не смотрел, — развел руками Юсупов.
— А это не вредно — думать головой. Тем более что у тебя есть такой помощник, как нейросеть. Ладно, дам тебе еще пару загадок, а потом сам думай и сопоставляй факты, — махнул рукой Влад. — Ты же знаешь Зимний дворец? Так вот его построили за восемь лет. При матушке Елизавете. Предположим, я матушка Елизавета и вызываю тебя, как царского зодчего, и говорю: «А построй-ка ты мне, дорогой Александэр, дворец Зимний, такой во весь из себя! Деньги не проблема, но чтобы все ахнули!» И даже предположим, что у тебя есть архитектурное бюро, которое тебе штампует рабочие чертежи для строителей на бумаге. За сколько ты построишь такое чудо? По времени я имею в виду.
Александр задумался.
— Лет за двадцать как минимум, а то и больше, учитывая тогдашнюю логистику и отсутствие квалифицированных строителей, — выдал он.
— Ай-яй-яй! А построили его всего за восемь лет.
— Вранье. Там столько работ, что даже сегодня такое выстроить за такой срок невозможно. Одна отделка чего стоит. Надо как минимум триста отделочников, которые будут пахать как муравьи. Вон Большой ремонтировали почти шесть лет, и то накосячили не слабо.
— Ну и последняя на сегодня. Ты же бывал в Константинополе?
— Конечно. Знаковое место.
— Так вот, в четвертом веке нашей эры там был построен акведук Валента. Потом его восстанавливали и перестраивали, но последний раз его ремонтировали при Александре Третьем. Так вот, будучи там недавно, я увидел, что все работы столетней давности уже обветшали, а оригинальные строения выглядят, как будто их вчера построили. Подумай, как такое возможно, что строения, выстроенные 1700 лет назад, выглядят здоровее столетних реконструкций? Про другие акведуки и говорить не буду — там тоже полно загадок.