Первым делом они поехали смотреть на стеллеровых коров. Пришлось провести строгий инструктаж по пользованию аквалангом, и потом они попарно спускались под воду, чтобы полюбоваться этим чудом природы. Акваланг-то был всего один. Владу он был не нужен. Он и так снизил нагрузку и надевал на девушек 12-литровый баллон. И ограничил их пребывание под водой двадцатью минутами. Потом они полетели к коллеге Влада в Шантарский заповедник, чтобы посмотреть на игры китов. Его коллега их встретил, и они отправились наблюдать за брачными играми этих гигантов. В это время они как раз собирались у Шантарских островов. Егор Кузьмич с хитрецой поглядывал на девушек. Он тут был, как Влад у себя, — бог и царь. Просто званием повыше Влада. Он и спросил тогда, где можно купить такой же дрон, на что Влад пожал плечами и сказал, что ему продали его Юсуповы, но он сделает новый, большей вместимости, и может уступить ему свой. Но не раньше лета. Он понимал Кузьмича. У него водоохранный заповедник, и на моторке много не наплаваешь. Зато он их нагрузил трепангами и рыбой по самые уши. И еще Кузьмич дал им китового мяса. Одного молодого кита выбросило штормом на скалы, и тот погиб. Егерь же мясо сохранил, а то бить китов было строжайше запрещено. Так они и провели все время: ездили на собаках, ходили на лыжах и пару раз посетили горячие источники. Она все время связывалась с отцом и мамой, рассказывая, как проводит время. Под конец даже смонтировала фильм и выложила его в свой блог, где ей досталось много восторженных эпитетов.
Перед отъездом Влад договорился, что ему дадут операционную в аренду на одну операцию в местной больнице, и провел имплантацию нейросети Анюте. Он выдал ей все рекомендации, основанные на своем опыте, и дал базы, которые ей надо будет изучить на первом этапе. Он уже понял, что о наличии нейросети сама сеть не дает распространяться реципиенту, и был спокоен, что Аня не проболтается.
Тут же поговорил с главврачом больницы и заведующим хирургией. Определились по датам консультаций и по операционным дням. Решили, что все операции будут плановыми и будут проводиться два дня в месяц. Консультационный день будет один — народу тут живет немного, так что ажиотажа не будет. Ставки были назначены по нормам Минздрава за такие же операции согласно классности хирурга — так что Влад проходил по высшей ставке плюс надбавка как доктору наук. На него тут же завели табель, и он сразу прошел по палатам и осмотрел пациентов, что тут же попало в табель, согласно которому и будут вестись с ним расчеты. Тяжелых случаев не было. Только один пациент вызвал тревогу. С панкреатитом не шутят, а тут молодой мужчина был совсем плох. Тогда Влад предложил провести замещающее лечение при помощи нано-ботов. Анамнез показывал старую травму живота и алкоголь. Раньше панкреатит вообще не лечили, а обходились диетами и режимом. Сейчас же можно было вырастить нано-ботов, которые заместят пораженные клетки поджелудочной железы и восстановят ее работу. Это, конечно, займет время. Нано-ботам тоже нужно время на «ремонт». Аурная диагностика же показала, что у пациента была старая травма при аварии, которую не лечили, и сейчас это дало острый панкреатит, который он еще и усугубил алкоголем. Анализы же исключили аутоиммунную природу. Ну, картина стала ясна, и оставалось решить вопрос с оплатой.
Так как Влад был не в штате больницы, то она могла оплачивать его услуги как приглашенного специалиста, а потом уже представить все счета страховой компании. Рабочие комбината были все застрахованы, и страховая подтвердила оплату. Тогда он взял образцы тканей и крови и улетел к себе, чтобы у себя в лаборатории приготовить субстрат с нано-ботами. Он вырастил нано-боты и через две недели прилетел для лечения. Перед введением нано-ботов он показал их в микроскоп. Своего гастроэнтеролога в больнице не было, и стекла смотрели главный врач и его заведующий терапии. Они впервые вживую увидели колонии нано-ботов, о которых спорила медицинская общественность. Но они знали, что Влад был соавтором этого метода, который назвали методом замещающей терапии Бородина-Вольфа.