После осмотра секционного зала Нурия загорелась увидеть покойников. Влад показал ей комнату заморозки, где лежали замороженные трупы. Нурии поплохело, но Влад ее быстро привел в чувство приказав глубоко дышать и поднеся нашатырь. Обычное дело — потерять сознание от простой гипоксии. Люди просто перестают дышать, сами этого не осознавая. Они концентрируют свое внимание на объектах и нате вам с кисточкой — обморок от гипоксии. Отойдя от обморока Нурия спросила Влада, а как же секции с отдельными камерами для трупов, которые показывают в кино. Он усмехнулся и сказал, что стоят такие примочки дорого. Американцы и те не могут себе такое позволить везде. А кино — оно и есть кино. Наши и так обходятся. Комната для заморозки обходится недорого, как и ее содержание. Ничего там специального нет. Обычный холодильник.
Он сделал Нурии чай и сел рядом с ней на диван в санитарской.
— Капец вообще. Как ты можешь тут работать? — содрогнулась девушка.
— Сама напросилась. А так-то привык уже. Тут тихо спокойно. Никто не шалит и не требует излечения немедленно и не грозит карами господними, если не вылечат, — пожал плечами Влад. После чего проводил Нурию до такси и вернулся на дежурство. Дежурный эксперт кропал свои заключения у себя в кабинете, а он расстелил постель в санитарской и улегся спать. Неизвестно чем закончится его дежурство. Тем более Нурия пожелала ему спокойной смены, а это всегда плохой знак.
Глава 2
Так и произошло. Посреди ночи привезли три трупа с ДТП. Две труповозки и одна скорая. Видать кого-то еще пытались спасти, но не судьба. Приехал дежурный следак и опера, которых тот сразу погнал за понятыми. Тут же сел писать постановление, а Влад стал обследовать тела. Молодого парня, явно мажора, просто порвало. Он умер видимо даже не поняв этого. Влад осмотрел все тело и одежду, снял все ценности в виде часов Ролекс в розовом золоте, бумажник и всякую мелочь из карманов. Поместил все в целлофановый кулек и опечатал. Две других трупа были видимо муж и жена и были довольно бедно одеты и ценностей на них особо и не было. Часы были простые, серьги тоже не ах, кошельки пустые почти, ну и обручальные кольца. Подписав Акт осмотра понятых отпустили, а пакеты ушли эксперту и потом уйдут в вещдоки. Следак вынес постановление и тоже отбыл. В Москве сейчас такое не редкость. Раньше огнестрелы все везли, а сейчас полно ДТП. Влад накрыл тела простынями отвез их в холодильник. Спать ему оставалось часа два и он все-таки решил доспать. Утром надо уже бежать в институт.
Но доспать ему не дали какие-то звуки в голове. Он сначала не понял откуда шум, но подняв голову понял, что в судебке также тихо, как и обычно. Шум был в голове. Какие-то отрывочные фразы, ругательства, перепалки. Встав с дивана, он вышел из санитарской и прислушался. Все было тихо. Но в голове настойчиво звучали голоса женщины и мужчины. Настроившись, он стал различать отдельные фразы. Женщина упрекала мужчину в том, что он вел машину безобразно и не отреагировал на опасность столкновения. На что мужчина говорил, что машина выскочила на встречку настолько неожиданно, что он попросту не успел среагировать. Потом опять пошла перепалка из-за того, что их дочь осталась сиротой. Владу стало интересно и он решил заглянуть в холодильник, где он оставил тела погибших. Открыв толстую изотермическую дверь, он включил свет. Тела лежали также, как он их и оставил. Он еще раз оглядел комнату и ничего не увидя повернулся, чтобы выйти. В этот момент он опять услышал, как женщина спросила кто это вошел. В ответ мужчина предположил, что это врач патологоанатом. Влад хмыкнул и подумал, что как всегда обыватели не понимают, что тут судебно-медицинская экспертиза, а не патанатомия.
— А чем они отличаются, — спросил голос женщины.
Влад обернулся и старательно огляделся. Над телами была какая-то совсем малоразличимая дымка. Тогда он в голос спросил слышно ли, что он говорит.
— Да мы слышим вас, — неуверенно подтвердил голос в голове.
— Имена свои назовите, — попросил Влад.
— Мы Анна и Виктор Селезневы, — неуверенно сказал мужской голос.
Влад глянул на файлы, которые лежали в ногах у двух новых трупов. Точно. А. и В. Селезневы. Выходит, он их и слышит. Дела! — подумал он. Ну раз ему все равно не дали доспать надо продолжить эксперимент.
— Ну и чего это вы тут разгалделись? — поднял брови Влад, — вы уже умерли. Так что все. Аллес капут.
— Да мы за дочку волнуемся, — сказал мужчина. У нас то других родственников нет. Как ей одной нас хоронить? И денег особо нет. Машина разбита — под списание.