"Прекрати," — прошептала она, закрывая глаза. Когда она снова посмотрела в зеркало, её отражение вернулось в норму. Но трещины на поверхности остались — тонкие, почти незаметные, но они были реальными.
На следующий день во время сеанса с доктором Климовым она попыталась рассказать ему о зеркале. Но слова застряли в горле. Она знала, что он не поверит ей. Вместо этого она спросила:
"Что, если я действительно сделала это? Что, если я убила их?"
Доктор внимательно посмотрел на неё. "Алиса, вы были невменяемы. Это не ваша вина."
"Но что, если это ложь?" — её голос дрожал. — "Что, если я просто... не помню?"
Доктор вздохнул. "Ваш разум пытается защитить вас. Иногда мы забываем то, что не можем принять."
Его слова не принесли ей облегчения. Наоборот, они усилили её страх. Если она действительно забыла, то как она может быть уверена, что это больше не повторится?
В тот вечер она снова взяла блокнот. На этот раз она решила записать всё, что помнила о той ночи. Каждую деталь, каждый звук, каждое движение. Сначала это были лишь обрывки: тёмное здание, холодный воздух, шёпот. Но чем больше она писала, тем яснее становилась картина.
Она вспомнила, как шла по коридору школы. Как слышала голоса своих обидчиков. Как тьма вокруг неё сгустилась, превратившись в живое существо. Она вспомнила, как её руки двигались сами по себе, как её голос произносил слова, которых она не понимала.
И затем она вспомнила лицо Марины. Её глаза, полные страха. Последний крик.
Алиса выронила ручку и закрыла лицо руками. Она хотела плакать, но слёзы не шли. Вместо этого она чувствовала холодную пустоту внутри себя.
На следующее утро её вызвали в кабинет главного врача. Там её ждала Анна Сергеевна. Её лицо было серьёзным, почти суровым.
"Мы нашли новые улики," — сказала она, кладя на стол фотографию. На ней был изображён старый склад, где обнаружили тела. Но что привлекло внимание Алисы, так это странные символы на стене здания. Они были похожи на те, что она видела в своём блокноте.
"Это... это мои записи," — прошептала она, указывая на символы.
Следователь кивнула. "Мы думаем, что кто-то использовал их, чтобы оставить сообщение. Возможно, это были вы."
Алиса покачала головой. "Я... я не знаю. Я ничего не помню."
Следователь внимательно посмотрела на неё. "Если вы вспомните что-то ещё, пожалуйста, дайте нам знать. Это важно."
После встречи Алиса вернулась в свою палату. Она снова подошла к зеркалу. Трещины на его поверхности стали глубже, почти разделяя её отражение на части. Она протянула руку, чтобы коснуться стекла, но в этот момент оно внезапно треснуло, разлетевшись на тысячи осколков.
На полу, среди осколков, она увидела своё отражение. Но это было не её лицо. Это было лицо Марины.
Глава 5: "Осколки правды"
Алиса застыла, глядя на осколки зеркала. Лицо Марины смотрело на неё с холодной укоризной. Глаза девушки были полны страха и боли, а её губы шевелились, произнося слова, которые Алиса не могла расслышать. Она попятилась назад, споткнулась о край кровати и упала. Осколки хрустели под её руками, когда она пыталась отползти подальше.
"Это неправда," — прошептала она, закрывая лицо ладонями. — "Это невозможно."
Но даже сквозь плотно сжатые веки она видела свет — тусклый, мерцающий, как будто исходящий изнутри её собственной головы. Голос снова заговорил, но теперь он звучал не только в её разуме. Он эхом разносился по комнате, отражаясь от стен:
"Ты знаешь, что это правда."
Алиса резко открыла глаза. Комната была пуста, если не считать осколков зеркала на полу. Лицо Марины исчезло, но чувство её присутствия осталось. Холодный воздух обжигал кожу, а в горле стоял ком. Она попыталась позвать охрану, но её голос был слишком слабым, чтобы кто-то услышал.
На следующее утро доктор Климов нашёл её сидящей на полу, окружённой осколками. Её руки были порезаны, а лицо бледным, как у призрака. Она молча смотрела перед собой, не реагируя на его вопросы. Когда медсёстры попытались убрать осколки, она начала истерически кричать:
"Не трогайте их! Они всё ещё здесь!"
После этого случая её перевели в усиленную палату с мягкими стенами и без единого предмета, который мог бы причинить вред. Доктор Климов увеличил дозу медикаментов, но даже они не могли заглушить голоса, которые теперь звучали постоянно.
"Ты не можешь спрятаться," — шептали они. — "Ты никогда не будешь свободна."
Прошла неделя. Алиса почти перестала говорить. Она сидела на кровати, уставившись в стену, и рисовала пальцем символы на мягкой поверхности. Те же символы, которые видела на стене склада. Те же символы, которые появились в её блокноте.