С возникновением и развитием жизни на Земле появились такие закономерности, которых не было в неорганической природе, как, например, закономерности наследственности, изменчивости, естественного отбора. С появлением общественной жизни возникают новые закономерности - закономерности развития производительных сил и производственных отношений, классовая борьба и другие.
Материалистическая диалектика не признаёт абсолютного покоя и абсолютной устойчивости. Она утверждает, что существует лишь относительный покой в развитии природы и общества. Метафизика же и в этом вопросе представляет собой принципиально иной, ненаучный взгляд.
Во-первых, метафизика абсолютизирует покой. Например, метафизически мыслящие учёные-физики искали некую "мировую субстанцию", которая была бы абсолютно неподвижной и неизменной. Во взаимодействии тел они пытались отыскать абсолютно неизменные, раз навсегда данные "силы". Так представление о неизменности и неделимости атомов абсолютизировало присущие им относительный покой и качественную определённость. Метафизическая и идеалистическая "теория" тепловой смерти вселенной, проповедуемая рядом буржуазных учёных, также вырастает из абсолютизации относительного равновесия материальных систем в тепловых процессах.
Придумывание постоянных элементов наследственности - идов, генов, детерминантов и т. п. является характерной чертой воззрений метафизиков - менделистов-морганистов. Известно, что они считают "элементы наследственности" вечными, неделимыми, неизменными и бессмертными, якобы находящимися в состоянии абсолютного покоя. Достаточно допустить наличие таких неизменных элементов наследственности, как проблема развития снимается сама собой и заменяется перегруппировкой этих постоянных элементов. Уже одно это ведёт к признанию конца и начала в развитии природы. Не случайно поэтому вейсманисты, исходя из положения о постоянстве элементов наследственности, приходят к отрицанию развития органических видов, к отрицанию процессов видообразования.
Буржуазные ученые усиленно пропагандируют положение об абсолютности покоя и относительности движения, развития. Так, французский учёный Ж. Дюмонтье пишет, что если в физике движение универсально, а равновесие представляет особый случай, то в биологии якобы, наоборот, равновесие универсально, а движение, развитие - относительно, условно, как особый случай.
То же самое говорят буржуазные "учёные" применительно к обществу, к экономике, утверждая, что равновесие или покой якобы абсолютны, а развитие временно, относительно.
Таков один путь извращения действительности, основанный на метафизической абсолютизации покоя.
Другим, не менее антинаучным способом извращения процессов развития является полное отрицание покоя, даже относительного. Если движение представляет собой процесс без относительной устойчивости, без временного и относительного равновесия, то при таком положении нельзя говорить о закономерностях развития природы. Поэтому тот, кто понимает развитие природы как поток, в котором нет никакой устойчивости, никакой определённости, неизбежно приходит к отрицанию развития и существования самих предметов и явлений.
ОСНОВНЫЕ ФОРМЫ ДВИЖЕНИЯ. Из многообразия форм движения, изменения предметов и явлений природы материалистическая диалектика выделяет следующие основные, качественно своеобразные формы: механическую, физическую, химическую, биологическую и общественную. Относительно простой формой движения является механическая. Механическое движение - это пространственное перемещение тел относительно друг друга. Законы этого движения изучает механика.
"Всякое движение, - писал Энгельс, - связано с каким-нибудь перемещением - перемещением небесных тел, земных масс, молекул, атомов или частиц эфира. Чем выше форма движения, тем незначительнее становится это перемещение. Оно никоим образом не исчерпывает природы соответствующего движения, но оно неотделимо от него. Поэтому его необходимо исследовать раньше всего остального" [6].
Более сложными формами движения являются такие виды движения, как тепловые процессы, изучаемые термодинамикой и так называемой статистической физикой; электромагнитные (и в частности световые), изучаемые электродинамикой и оптикой; атомные - особая форма движения микрообъектов, изучаемая так называемой квантовой механикой; ядерные процессы, изучаемые ядерной физикой.
Химические процессы, совершающиеся в телах, образуют особую форму движения - химическую. Такие процессы, происходящие в неорганической природе, изучаются неорганической химией, а протекающие в органических телах - органической химией.
С появлением жизни на Земле возникла новая форма движения - биологическая, изучаемая группой биологических наук; с появлением общества - общественная, являющаяся самой высокой из всех форм движения природы. Она изучается общественными науками. Общей теоретической основой всех наук является диалектический и исторический материализм. Все формы движения не изолированы друг от друга, а тесно связаны между собой.
Каждая новая, более высокая (сложная) форма движения возникает на основе низшей и включает её в себя. Но закономерности низшей формы движения не исчерпывают существа более высокой формы, сложившейся на её основе; закономерности высшей формы движения не сводятся к закономерностям низшей. С другой стороны, и. закономерности высшей формы не распространяются на низшую. Так, законы электромагнетизма совсем не могут быть сведены к законам механики, а механическое движение, содержащееся в электромагнитных процессах в подчинённом виде, не исчерпывает существа электромагнитных процессов. Все попытки свести электродинамику к механике, многократно предпринимавшиеся на протяжении истории физики XVШ-XIX вв., в конце концов потерпели полный крах. Подобно этому химическая форма движения, включающая в себя в качестве подчинённого момента физические процессы, не сводится к физическому движению. Несводимость сложного химического движения к физическим процессам с полнейшей ясностью обнаружилась в частности в провале так называемой "теории резонанса", коренной порок которой состоит в идеалистическом объяснении химических процессов, в попытке свести законы химии к законам физики. Точно так же и химия не исчерпывает существа органической формы движения.
За пределами каждой из высших форм остаётся некоторая область природных явлений, подчиняющаяся другим закономерностям. Например, неорганическая природа лежит за пределами законов жизни, не подчинена сё закономерностям; там, где нет условий для образования химических элементов, нет химической формы движения.
Механическая и физическая формы движения присущи всем областям материального мира. Они наличествуют во всех других формах - химической, органической и общественной.
Энгельс подчёркивает переходы одних форм движения в другие, указывая на их связь и взаимозависимость.
"Механическое движение масс переходит в теплоту, в электричество, в магнетизм; теплота и электричество переходят в химическое разложение; со своей стороны, процесс химического соединения порождает опять-таки теплоту и электричество, а через посредство последнего - магнетизм; и, наконец, теплота и электричество в свою очередь производят механическое движение масс" [7].
Метафизики делали и делают множество попыток отождествить закономерности высших форм движения с закономерностями его низших форм. На этой основе возникли антинаучные бесплодные теории, рассматривающие организм или как тепловую машину, или как химическую лабораторию. Попытки объяснить жизненные явления одними химическими или физическими закономерностями не имеют под собой никакой научной почвы и неизбежно приводят к идеализму.
Самая высшая форма движения - общественная - имеет свои особые, присущие только ей закономерности развития. Буржуазные социологи эпохи империализма, с особым рвением извращая диалектику развития общества, пытаются объяснить общественные явления биологическими закономерностями.
Подобные попытки извратить научное понимание общественного развития делаются для того, чтобы скрыть социальные причины, ведущие капиталистический строй к неизбежной гибели.
Одним из реакционных направлений в социологии является так называемый социальный дарвинизм, который проповедуется в наше время американскими философами и социологами. Социальный дарвинизм переплетается с мальтузианством и с вейсманизмом- морганизмом, и вместе они служат "основанием" расизма и космополитизма. Социальный дарвинизм и мальтузианство призваны оправдать империалистические порядки, агрессивные стремления империалистов. В основе социального дарвинизма лежит антинаучная концепция, согласно которой возможно перенести закономерности, открытые в живой природе, на человеческое общество. Общество рассматривается как биологический организм; специфика общественных явлений отрицается. Общество низводится до уровня семьи пчёл или муравьев. Подобно тому, как пчёлы делятся на рабочих пчёл, матку и трутней, так якобы и в обществе люди всегда должны делиться на тех, кто трудится, и тех, кто живёт за счёт трудящихся, так называемую "расу господ". На этом основании такие общественные явления, как классы, государство, объявляются вечными категориями, отрицается их исторический характер. Утверждается, что якобы люди в силу естественных законов делятся на низшие и высшие расы. Главным фактором общественной жизни объявляется борьба за существование, за жизненное пространство; тем самым оправдываются грабительские империалистические войны. И голод и нищету при капитализме пытаются объяснить "законом" Мальтуса, по которому население якобы растёт в геометрической прогрессии, а средства к существованию увеличиваются в арифметической прогрессии. Отсюда делается вывод о том, что надо "регулировать" численность населения, что на языке империалистов значит: истреблять народ путём войн, стремиться к неограниченному распространению болезней.