Если вы откроете какую-нибудь энциклопедию или энциклопедический словарь, то там вы ни в коем случае не найдете диалектической системы знаний… Ясно, как энциклопедия построена. По принципу А, Б, В, Г, Д… Вот если меня будут изучать по этому принципу, это как бы расчлененка. Как в морге изучают, голова на букву Г, рука на букву Р, сердце на букву С. Если так расположить и одно от другого изолировать, то это против науки. Наука – это система знаний. А расположение по алфавиту – это кости, взятые по отдельности, так даже нельзя изучать скелет. Поэтому никогда вы в энциклопедических словарях не найдете научных определений. Если вы откроете словарь, то узнаете, что определение – это совокупность признаков и свойств… А что такое совокупность? Это мешок, в который набросали всяких свойств, качеств и говорят: «Это ваше определение». Что, ваше определение – это мешок этого добра? А в научном определении всего одно качество. Но такое хорошее, твердое, устойчивое. Порядочный человек – он порядочность проявляет не тогда, когда все хорошо, но и когда плохо. Особенно когда тяжелое время, он все равно порядочный. Как в войну люди проявляли лучшие свои качества, значит, это люди действительно смелые, порядочные, мужественные. А если человек порядочный, когда все хорошо, а если плохо, то: «Все, я полетел, не хочу на это смотреть, это ваши проблемы, не мои проблемы». Это эгоист. Человек непорядочный, с ним каши не сваришь.
Теперь я беру третью от начала диалектическую категорию – становление. Что такое становление? Движение исчезновения бытия в ничто и ничто в бытии. Я, к примеру, хочу понять, какой у нас был строй в России с 1917 года до середины 1930-х. Страна называлась социалистической, это что значит – что социализм был, что ли?
Нет.
Нет, значит, социализма не было. Что-то капиталистическое?
Переходный.
А переходный период это что такое? Это становление социализма. Становление. А в становлении, как можно в «Науке логики» прочитать и убедиться, есть два противоположных движения. Переход бытия в ничто и переход ничто в бытие. Социализм, с одной стороны, строится (возникновение), а с другой – разрушается (прехождение). И вот наши доблестные обществоведы, которые без диалектики о социализме писали, что он строится, только этот момент фиксировали. А то, что он при этом и разрушается уже в переходный период, об этом молчали. Все, что мы взяли, стакан вот с водой, попили, воды там столько уже нет, подвергается прехождению. Так и при социализме. В переходный период есть тенденции отрицательные? Есть. Противоположные тенденции борются, и кто кого – решается вопрос. Но вопрос «кто кого?» разрешился благодаря тому, что при развитии хозяйства, построенного на общественной собственности (коммунистический уклад), хорошие продукты, все более дешевые, на государственных предприятиях производились. Соответственно, закрывались частные лавочки. Специально их никто не закрывал. Говорят: «Сталин закрыл НЭП». Глупость какая. Если вы дешевый продукт можете купить в государственном магазине, то пойдете ли втридорога покупать его на рынке? Не пойдете.
Только идиот пойдет.
Только идиот. Но остался колхозный рынок. Остались такие продукты, которые лучше, чем в государственном магазине. Я могу сказать, по какой формуле там устанавливалась цена: в два с половиной раза дороже, чем в государственном магазине, но выше не поднималась. Хотите понизить цены на колхозном рынке – понизьте цены в государственном магазине. При снижении цен на государственные продукты понижались цены и на колхозном рынке. И наоборот: вы повышаете – и там повысятся. Но никто не будет там продавать то, что вы купите здесь. Сейчас так не делают. Сейчас кричат: «Вот, при Сталине НЭП убирали!» Помните, у нас в 90-е годы повсюду ларьки были? Придумала Валентина Ивановна Матвиенко: «Давайте те порежем, которые ближе чем на пять метров к остановкам общественного транспорта». А почему так придумали? Посчитали, на каком расстоянии они находятся, то есть ближе пяти метров, постановили их и срезать. Пришли с болгарками, сказали: «Поддержим мелкий бизнес».