С а м м а т о в. Да!.. Что с тобой станет, когда я помру? Денег, что ли, тебе оставить? Пропьешь, потеряешь. Может, в дом престарелых тебя устроить?
И в а й к и н (слегка хлюпнув носом). Я от тебя, Лукман Идрисыч, никуда. Я с тобой.
С а м м а т о в. Помереть тебе раньше меня надо.
И в а й к и н. Раньше нельзя! А кто тебя хоронить будет?
С а м м а т о в (после паузы). Да, может, и так… Ты что? Веру до сих пор любишь?
Молчание.
И в а й к и н. Вчера отрывок старого журнала нашел. Слова там. Большой разговор о человеке, о воспитании, о направлении и так далее. Те же старые слова. И мы стары, и слова старые, а нашли ли эти слова нас? Поздно нашли!
С а м м а т о в. И раньше говорун был!.. Философ запечный! Шут гороховый!.. (Пауза — и резко, с яростью.) Ну, а коль ты шут, черт шелудивый, так вон отсюда! К чертовой матери!
Ивайкин сидит.
Кому я сказал? Стой. (После паузы, засмеявшись.) Скажи, я шут.
И в а й к и н (смотря на Самматова). Шут.
С а м м а т о в. Гороховый?
И в а й к и н. Гороховый. Оба гороховые.
С а м м а т о в. Оба? (Хохочет.) А ну-ка… В молодости, помнишь? (Хлопает в ладоши и напевает.)
Ивайкин начинает дергаться в танце.
Да… Ладно, Сеня, ладно…
Ивайкин уходит.
На переправе. А на том берегу — что? (Один в большой гостиной. По кругу, взад-вперед, как в клетке.)
Скрипит дверь, входит Н е з н а к о м е ц.
Н е з н а к о м е ц. Можно, папаша?
С а м м а т о в (не узнавая сначала). Чего тебе? Кто такой?
Н е з н а к о м е ц. Вот это здорово! Вот это я понимаю! Забыл? А помнишь, ты меня ремешком потчевал? Баба моя знаешь сколько одежонку-то отстирывала и штопала? Пропиталась тогда кровью, пропиталась и порвалась. А я вот подлечился, и теперь к тебе с бутыльком! Столичную в импортном исполнении раздобыл. Не побрезгуешь? Со мной?
С а м м а т о в. А-а, ты… Сыновей ждал, и ты… Что ж, проходи. Поужинаем, посидим.
Н е з н а к о м е ц. Хлебосол? И угостишь даже? Вот это я понимаю!
С а м м а т о в. Водки не пью, коньяк с чаем… Картошка у меня варится, посмотрю. (Собирает на стол тарелки, рюмки. Ставит на стол початую бутылку коньяка.) Садись. Значит, судьба твоя… и моя в том, что пришел.
Н е з н а к о м е ц. Коньяк?! Уважаешь, выходит?
С а м м а т о в. За что тебя уважать?
Н е з н а к о м е ц. Неприветлив ты, гляжу, старик. Но я не обижаюсь. Я сам такой. (Кричит весело и как бы для глухого.) Вот, папаша, ты свое хорошо пожил! Сумел, а? А теперь я живу. Я здесь на станции, на узловой, поезда сортирую. Россия-то, вообще, что мешок, набитый под завязку! Под самую! Людей много, и живут все в одно время. А вот встретились на одной меже! За любовь за нашу! За встречу! Один живешь?
С а м м а т о в. Один… Один. Не беспокойся.
Н е з н а к о м е ц. А у меня дом, хозяйство, семья. А раньше летал, как свободная птичка!
С а м м а т о в (равнодушно). Не кричи. Что нервничаешь?
Н е з н а к о м е ц. Ох, старик!
С а м м а т о в. Как птичка, значит?
Н е з н а к о м е ц. Как птичка, отец, как птичка.
С а м м а т о в. Божья птичка? Ангел? Или Азраил?
Н е з н а к о м е ц (недоуменно). Что?
С а м м а т о в. Ничего, ничего, сиди.
Н е з н а к о м е ц. Я говорю, сейчас вот укоренился. Исключительно, я тебе скажу, бабы меня с пропиской спасают. Еду в поезде, гляжу: одинокий кадр. И точно! Подъезжаем к месту назначения, она и говорит: «Давай, Боря, вместе сойдем». А я говорю ей: «А почему, дорогая Клава, не сойти?» И вот любовь. Живем. Хозяйство есть. Жизнь свою на стоп-кран посадил.
С а м м а т о в. Ну, а передо мной нутро свое чего выворачиваешь?
Н е з н а к о м е ц. А я разве выворачиваю!.. Ведь ежели его вывернуть?.. Да и говорить о жизни люблю. Сказал — ушел. Следов нет. (Хохочет.)
С а м м а т о в. Ушел?
Н е з н а к о м е ц (протрезвев, смотрит Самматову в глаза). Ох, старик… Силен! Всю жизнь, видно, по крупной играл?
С а м м а т о в (равнодушно). Жил по крупной.
Н е з н а к о м е ц. Но ведь и я по мелочи не живу! Не страшно здесь одному?
С а м м а т о в. Ешь картошку, ешь.
Н е з н а к о м е ц. Дома, говорю, забитые все, заколоченные. По воскресеньям, поди, народ приезжает? Да этот сторож-дурак. Кто его поставил сюда? Да-а, а сегодня вот решил к тебе — в гости. Премию дали! Ты небось думаешь, я — босяк! А мы работаем, работаем, старик!.. Вот снег завтра обещали, все запорошит.