С а л и х. Тихомиров не обижает?
Н и к о л а й. Не обижает.
С а л и х. Слышал, что над докторской диссертацией работаешь?
Н и к о л а й. Работаю.
С а л и х. Ну, и как дела? Да, кстати, как настроение после обсуждения отчета? Как Тихомиров себя чувствует?
Н и к о л а й. Вы с шефом, я гляжу, не наукой, а постановкой жалких фарсов теперь занимаетесь? В комедианты вам надо идти.
С а л и х. А что? Талант есть?
Н и к о л а й. Есть.
С а л и х. Ну, это хорошо. Спасибо. Я шефу передам.
Н и к о л а й. Непонятно сейчас, то ли ты все еще пляшешь под дудку шефа, то ли он уже под твою дудку пляшет.
С а л и х. А мы оба пляшем. Оба дудим дружно в дудки и пляшем. Ха-ха! Великий учитель и ученик. Ученый с мировым именем и продолжатель его научной школы… (Резко изменив тон.) Я питаю этого склеротика своей кровью, я кормлю его своими идеями, самим собой! И он будет плясать под мою дудку, будет, пока я не уберу его к чертовой матери! Как всех, кто мне мешает! Тебя я предупреждал! Не раз! Других я не предупреждаю… То, что случилось на защите вашего отчета, — милая шуточка! Не мешай, не путайся под ногами! И Тихомирову своему передай! Пусть тоже не снует. Силенок у него уже маловато, чтобы со мной в кошки-мышки играть!
Н и к о л а й. Хороший ты человек, Салих!
С о н я. Зачем весь этот разговор? Зачем все это?!
С а л и х. Я ученый! Я талантливый ученый. И тех, кто будет мешать мне…
На шум выходит В е р а Я к о в л е в н а. С чайником, чашками. Ставит на стол. Испуганно глядя на всех, стоит у двери.
С о н я. Опомнись, что ты говоришь?
С а л и х. Ни у кого нет права суда надо мной! Ни у кого! (Николаю.) И… не попадайся мне лучше под ноги! Прочь!
Н и к о л а й (хватает его за ворот). Прочь? Ну уж нет!
С о н я (бросившись). Ты что? Ты же задушишь его!
Н и к о л а й (отпуская Салиха). Простите… Прости, Соня.
С а л и х (потирая шею). Га-ад!
Н и к о л а й. Простите, тетя Вера. Здесь не место… Но вот что я тебе скажу, талантливый ученый. Раньше я брезговал иметь дело с такими, как ты. Считал, что надо просто заниматься наукой, своим делом, к которому приставлен. Но теперь я понял в общем-то одну элементарную вещь. Подобного рода брезгливость опасна. Я понял, таких, как ты, надо бить, надо выволакивать на свет божий. Жизнь отпускает каждому ту меру счастья, на какую хватает у него сил. И я понял, что счастье, добро, истина это прежде всего победа. Победа хотя бы вот над таким, как ты. Над такими, как ты. (Уходит.)
Молчание.
С а л и х. Зачем он приходил?
С о н я. А ты где был?
С а л и х. Играл… с шефом в преферанс.
С о н я. В преферанс?.. Помаду со щеки стереть забыл. Вот платок.
С а л и х. Я играл с шефом в преферанс!
С о н я. Я же ничего не говорю. Сотри только помаду.
С а л и х. Ты сама!.. Ты что делала здесь с ним?
В е р а Я к о в л е в н а. Как можно так, Салих?
С а л и х. Мама Вера, мы вдвоем поговорим. Вдвоем!
Вера Яковлевна выходит.
С о н я. Ладно, бог с ней, с этой женщиной. Люби только ее.
С а л и х (морщась). Я устал и хочу есть. Нельзя ли без психологии?
С о н я. Без психологии? Можно и без психологии… Я ухожу от тебя. Решила вот уйти.
С а л и х. К кому? К Николаю, значит?
С о н я. Нет. К маме пока. Как дальше, не знаю… Я сейчас боюсь людей.
С а л и х (смотря на нее и как-то обмякая, обвисая, делаясь усталым). Что ж, поздравляю. (Искренне.) Слушай! Давай сделаем так! Я не хочу, чтобы ты уходила. И давай сделаем так… Уедем! Бросим все. Я буду заниматься только наукой… На днях я уже говорил это. Одной женщине. Да, я ушел бы от тебя! Она любила меня, и я, наверное, любил ее. У нее есть сын от меня. Да, ты знаешь!.. Но ты не суди меня! Ты пойми и прости! Все прости! И то, что я эту женщину предал, и тебя, и себя самого! Самого!
С о н я. Поздно уже, Салих, прощать… Все поздно.
С а л и х. А ты прости, прости!
С о н я. Если бы дело касалось только меня и тебя. Но я насмотрелась на тебя на работе. Я насмотрелась, как ты ловчишь, как ты все время занят расчетом всяких вариантов. А твои отношения с шефом? Ты же действуешь его руками. Ты улыбаешься человеку, а потом его увольняют по собственному желанию. По твоему желанию. И в эти минуты я думаю, зачем тебе все это? Ведь природа действительно наградила тебя большим талантом. Но почему не большой душой? Ведь было бы лучше, если бы она наградила тебя большой душой!