Амелия сделала несколько шагов к ней, потянулась за пакетом, но в голове все еще с большим знаком вопроса стояло словосочетание «дядя Адам».
— Надеюсь, что я угадала с размером, — продолжила Тея.
Амелия заглянула в пакет и усмехнулась. Ей в глаза сразу бросился набор хлопковых трусов, скрепленных между собой картонкой, по всей видимости, купленный в местном маркете вместе с зубной щеткой, бинтами, расческой и носками.
Закрыв пакет, Амелия коснулась предплечья Теи и улыбнулась, надеясь, что хоть так получится выразить благодарность.
— Ужин будет готов минут через десять. Приходите, — спокойно произнесла Тея и вышла из комнаты.
Амелия снова оглянулась, но помещение никак не помогало ответить на возникающие вопросы. Ее местоположение стало интриговать ее еще больше.
Амелия быстро надела нижнее белье, носки и вышла из комнаты. Она поняла, что находится в большом доме, где первый этаж отведен для спортивного зала, а на втором находятся жилые помещения, кухня. Пройдя немного вперед, она увидела Доминика, передающего Кайлу пачку денег. После этого они обнялись, Кайл кивнул Амелии и пошел вниз, Доминик махнул ей рукой.
— Тея сказала тебе про ужин?
Амелия кивнула.
— Пойдем.
Амелия быстрее последовала за Домиником и оказалась на кухне. Он спокойно подошел к плите и заглянул в духовку, Тея расставляла тарелки на стол.
— У нас мясная лазанья на ужин. Ты же ешь мясо? — спросил Доминик, открывая духовку.
Амелия почувствовала приятный запах еды и сделала глубокий вдох. Голод сильно давал о себе знать. Заметив, что Доминик повернулся к ней, Амелия кивнула.
— Сильно по тебе дало случившееся, — заметил Доминик. — Тея, принеси ей, что ли блокнот, ручку, пожалуйста.
— Хорошо, пап.
— Садись, Амелия, не стой. Ты в гостях.
Услышав это, Амелия села за стол и стала внимательнее смотреть на Доминика. Тея вышла из кухни, он доставал лазанью из духовки в больших поварских варежках и сейчас ничем не напоминал человека, который уводил ее из непонятного завода, холодно смотря на пристреленного Мака. А возможно и застреленного им.
— Мы в Аризоне. Финикс. Ты отключилась в машине примерно на сутки, пока мы ехали, — заговорил Доминик. — Картер каждый вечер отписывался о том, что все в порядке. Когда он перестал это делать, я отследил его по маячку в его часах. Так вас и нашли, — продолжил он, разрезая лазанью. — Тут безопасно. Мы все подчистили за собой, хвосты убрали. Можете оставаться, сколько надо, — отложил нож. — Принеси тарелки, пожалуйста.
Амелия взяла две тарелки и подошла к Доминику, протянула ему одну.
— Спасибо.
На кухню вернулась Тея и положила на стол тетрадь на кольцах и ручку, после чего подошла к отцу и забрала у Амелии тарелки. Амелия не стала спорить, потянулась за тетрадью, открыла ее и начала писать:
Как Адам?
Доминик прочитал вопрос и тяжело вздохнул. Амелия поняла, что это не очень хороший знак, но продолжала смотреть на мужчину, давая понять, что какой бы ни была правда, она готова ее услышать. В конце концов, она уже не может произнести ни слова. Что еще с ней может произойти?
— Он будет в порядке, — ответил Доминик. — Веришь или нет, это не самое страшное, что с ним случалось.
Амелия снова вспомнила недавнее: помещение, полиэтилен на полу, дрель, садистское наслаждение в глазах Мака. Если это было не самым страшным в его жизни, то Амелия была готова изменить свое решение касательно готовности услышать что-то еще. Но все равно написала:
Я могу его увидеть?
— Он спит. Кайл вколол ему морфин перед уходом, — ответил Доминик, ставя перед ней тарелку. — Приятного аппетита. Поужинаем, потом посмотрим.
Амелия снова вдохнула запах пищи, посмотрела на садящихся за стол Тею, Доминика и подумала, как же ей не хватало всего этого семейного спокойствия, уюта, подобных ужинов. Ей сразу вспомнилась ее семья, а затем все проблемы, которые росли так, словно снежный ком. На губах появилась усмешка. Уж ее-то семье сейчас далеко до всего этого спокойствия и уюта.
Амелия перевернула лист тетради.
Спасибо за все
— Пожалуйста, — с улыбкой произнес Доминик. — А теперь ешь, а то вид такой, что ветром сдует. Обеих касается, — посмотрев на дочь, продолжил он.
Тея засмеялась, возмутилась, начала рассказывать и спрашивать о подруге и вечеринке. Амелия мало слушала, мысли вернулись к Адаму и его состоянию. Съев половину своей порции, Амелия приняла твердое решение сходить к нему, и совершенно не имеет значения, будет он спать или нет. Ей просто нужно самой увидеть его.
Приводя после ужина свое решение в жизнь, Амелия замялась около двери в спальню, словно школьница перед входом в учительскую. Приоткрыв дверь, она неуверенно заглянула туда, но не увидела никакой реакции со стороны Адама. Сильнее сжав свободной рукой тетрадь, Амелия вошла, наконец, отцепив вторую руку от ручки.
Адам лежал на спине. Все раны на его лице были обработаны, глаза закрыты. Хоть умытым, после медицинской помощи он выглядел явно лучше, сердце Амелии все равно сжалось, в голове снова раздался звук работающей дрели, от которого она поежилась.
На тумбочке рядом с кроватью лежали часы, о которых видимо и говорил Доминик. Амелия положила тетрадку и взяла их. Это были обычные наручные кварцевые часы со стрелками. Крутя их в руке, Амелия заметила, что ремешок был испачкан кровью, от чего чуть не выронила их. Положила на место.
Внутри появилось странное чувство. Амелия понимала, что сейчас ничем не могла помочь Адаму. Более того, ему в спящем состоянии сейчас ничего и не надо было, но уйти не получалось. Она стояла около его кровати, смотрела и пыталась прийти к решению, которое ее удовлетворит.
В комнате было спокойно. Хоть Доминик с дочерью и не внушали уже опасений, ужин с ними прошел хорошо, а к ней они отнеслись как к давней знакомой, почувствовать максимум умиротворения, спокойствия, передышку получилось здесь.
Заметив кресло в комнате, Амелия направилась к нему, подумав, что может немного посидеть, подождать, может, проснется и сам Адам, и не придется ждать утра, чтобы попросить прощения за неосторожность, невнимательность, такую беспечность с той девушкой. А пока он спал, можно было, как следует подумать о том, что написать.
Да и посидеть потому, что она тупо хотела находиться сейчас именно здесь после всех кругов Ада через которые они прошли.
Доминик собирался наконец лечь спать, чувствуя просто нечеловеческую усталость после всего случившегося. Он проверил сигнализацию, пожелал приятных снов дочери и направился к Адаму, чтобы проверить все ли там в порядке. Зайдя внутрь, Доминик невольно усмехнулся. В кресле задремала Амелия с тетрадкой в руках. На полу рядом лежали смятые листы бумаги. Доминик поднял один из них и увидел слова извинений, дальше читать не стал.
Доминик еще раз взглянул на Адама так, словно он должен был понять его взгляд, потом на Амелию и подошел к комоду, достал из ящика плед.
— Ничего в твоей жизни, Картер, не меняется, — тихо произнес Доминик, накрывая Амелию пледом, лучше рассмотрел ее лицо. — И только попробуй мне потом втирать свою любимую хуйню. Получишь по морде и от меня, — снова посмотрев на Адама, продолжил Доминик и вышел из комнаты, прекрасно понимая, что никто его не слышал.
========== XIX. ==========
Адам смог позволить себе отключиться лишь тогда, когда понял, что его план на случай непредвиденной ситуации сработал. Он узнал голос Доминика, передал ему всю необходимую информацию, которой владел о месте и людях здесь, сообщил про Амелию где-то в здании, и почувствовал легкое расслабление.
Лежа сейчас и понимая, что пора открыть глаза и подать хоть какие-то признаки жизни, Адам не очень хотел это делать. Поколебавшись несколько минут о необходимости подобных действий, Адам все-таки сделал это.
Он знал комнату, в которой находился, и не стал тратить время на то, чтобы ее рассмотреть. Шевелиться лишний раз не хотелось, поэтому Адам сосредоточил взгляд на потолке, но вскоре понял, что очень хотел пить.