"Да". Иноширо протянул руку в сторону, и из его ладони вырос цветок, зелено-фиолетовая орхидея, с адресом библиотеки Аштон-Лаваль. "Я не вызывал тебя раньше, потому что ты, возможно, общался с Бланкой… но теперь вернулся один из моих родителей. А ты знаешь, какие они".
Ятима пожала плечами. "Ты гражданин, это не их дело".
Иноширо выкатил глаза и страдальчески посмотрел на него. Ятима сомневался, что когда-нибудь сможет понять его семью: никто из родственников Иноширо не мог наказать его, не говоря уже о том, что бы фактически остановить его. Все упреки он мог отфильтровать, все семейные праздники, которые могли превратиться в скандал, он мог мгновенно прекратить. Тем не менее родители Бланки — три из них были и родителями Иноширо настаивали на на их разрыве с Габриэль (хотя бы временно); перспективы экзогамии явно выходили за рамки приличия в Картер-Циммерман. Теперь, когда они снова были вместе, Бланка (по некоторым причинам), избегала Иноширо, также как и остальную семью — и, по-видимому, Иноширо больше не опасался, что о его частично родном брате будут сплетничать.
Ятима был немного обижен.
— Я бы не сказал Бланке, если бы ты попросил меня этого не делать.
— Да, да. Ты думаешь, я не помню? Она практически усыновила тебя.
"Только когда я был в утробе!" Ятима по-прежнему очень сильно любил Бланку, но они не виделись друг с другом, все чаще и чаще.
Иноширо вздохнул. "Хорошо. Извини, что я не говорил тебе раньше. Теперь ты пойдешь посмотреть произведения?"
Ятима снова осторожно понюхал цветок. Адрес Аштон-Лаваля имел отчетливо нездешний запах… совсем незнакомый. Он приказал экзоселфу снять копию аутлука и начал изучать ее внимательно. Ятима знал, что Радия как и большинство других искателей знаний, применяют аутлуки чтобы сосредотачивать себя на своей работе на долгое время. Любой гражданин, созданный по образу и подобию флешеров был уязвим для дрейфа — распада с течением времени даже самых заветных его целей и ценностей. Гибкость была существенной частью наследия флешеров, но после многократной перезаписи гражданина, даже самые надежные личности, могли разложиться и превратиться в энтропийной беспорядок. Ни один из основателей полисов не решился встроить заранее механизмы базовой самостабилизации, что бы весь вид не превратился в племена самоувековечивающихся мономаньяков, зараженные паразитной горстью мемов. Пришли к выводу, что намного безопаснее для каждого гражданина чтобы он мог свободно выбирать из широкого спектра мировоззрений: программного обеспечения, которое может быть внутри вашего эксоселфа и укреплять те ваши качества, которые вы больше всего цените, если и когда вы почувствовуете потребность в них. Возможности для кратких кросс-культурных экспериментов были почти случайными.
Каждый аутлук предлагал немного другой пакет ценностей и эстетики, часто построенной из врожденных причинах-быть-бодрым, которые все еще господствовали до некоторой степени в большинстве умов граждан: Закономерности и циклы — ритмы, подобные смене дней и сезонов. Гармония и тщательная разработка, в звуках и образах, и в идеях. Новизна. Воспоминание и ожидание. Болтовня, компания, сочувствие, сострадание. Одиночество и тишина. То был континуум, который пролегал на всем пути от тривиальных эстетических предпочтений до эмоциональных ассоциаций к краеугольным камням морали и идентичности.
Ятима проанализировал в своем экзосефе аутлук появившийся в пространстве перед ним как пара карт "до-и-после" его собственных наиболее чувствительных нервных структур.
Карты были похожи на сетки, со сферами в каждом узле, представляющими символы; пропорциональные изменения в размерах символов показывали, каким образом аутлук можно настроить.
— Вероятность умереть вырастает десятикратно? Избавь меня от этого.
"Только потому, что это так недостаточно развито на начальном этапе."
Ятима поглядел на него с сарказмом, а затем воспроизвел частные снапшоты, и стал рассматривать их с видом напряженного внимания.
"Решайся, это начнется в ближайшее время."
"Ты имеешь в виду сосредоточить мое внимание на Хашиме?"
"Хашим не пользуется аутлуком"
"Так что все сводится только к одному художественному таланту? Разве это не то, о чем все говорят?"
— Просто… прими решение.
Вердикт его экзоселфа на потенциал для паразитизма был довольно оптимистичным, но все-же не могло быть никаких гарантий. Если бы он запустил аутлук несколькими килотау раньше, то он вероятно был бы способен остановиться.