— Н-ни за что! Я буду бороться! — тыкаю его под ребра, вырывая «победу» из его рук, и Кристиан хохочет громче меня, бесполезно пытаясь поймать мои руки. — А знаешь ли ты, что люди, которые боятся щекотки, очень ревнивы?
— Однажды меня избили деревянной вешалкой за объятия с другой девушкой. Так что да, знаю.
— Мне было так стыдно за тот случай. Только пообещала не делать больно, и тут же сорвалась… — Кристиан сжимает мои ладони, я его. И дело не в романтике, а в нашей игре на победителя. Я его защекочу. — Выпускай меня.
— Я тебя слишком хорошо знаю, Анастейша.
— За-ну-да.
— Хитрюга… почти как я, — Кристиан обнимает себя моими руками, держа их так, чтобы у меня не вышло ткнуть его под ребра, и осторожно целует, предлагая мне вести.
Он контролирует меня, самым банальным образом.
— А что будет, если я привяжу твои изящные ручки к спинке кровати, Ана, и буду до одурения долго ласкать твое красивое тело?
— Я буду ныть, чтобы ты бросил чертову прелюдию и поимел меня.
— Можешь победить, — мои руки, наконец, свободны, и я принимаю его проигрыш, заставляя извиваться на месте. — Но я учту ваши слова, мисс Стил. И, наверное, прогулку мы отложим до завтра…
— Как прикажете, мистер Грей.
— А если ты прямо сейчас назовешь меня «Мастер» — мы пропустим завтрак.
— Мой Мастер. Мастер Грей…
— Я от одного твоего взгляда и этой фразы возбуждаюсь, как чертов юнец.
— Мастер… — Кристиан стягивает меня с тумбы и тащит за собой, но я даже не пытаюсь вырваться. Пусть продолжится ночь.
Пусть эти выходные никогда не заканчиваются.
***
Кристиан спит, обессилев после наших игр, я же не могу найти себе места. В чужом доме неловко, хоть я и знаю, что нет ни хозяев, ни опасности от меня. Исследую каждую комнату в доме, просто приоткрывая двери, но не входя туда. Пустая спальня, наша комната, кабинет, хозяйская спальня и огромная детская в углу коридора. Белые обои с плюшевыми мишками и бантиками, пушистый коврик на полу рядом с кроваткой и даже кресло-качалка возле панорамного окна. Всё выполнено в теплых, нежных цветах и из дерева светлого цвета. Тут живет маленький человечек, очень любимый своей семьей. Долгожданный, наверное.
Под столиком для пеленания несколько упаковок подгузников, судя по маркировкам, младенцу чуть больше года. Он или она уже должен бегать…
У Лиззи тоже была подготовлена спальня. Уютный желтый цвет стен, светлый ламинат с подогревом, новые окна… И сказочная кроватка из светлого дерева, с розовым матрасиком и балдахином.
Я очень хотела и любила её.
До боли закусываю кулак, сумев сдержать себя в руках, и тихо выхожу из лучшей комнаты дома. Пора перекусить, хоть уже поздновато даже для ланча.
Этот ублюдок, Том, он солгал мне, или малышка действительно погибла не в утробе, а в реанимации? Пожалуй, это единственный вопрос, на который я не хочу знать ответа. Просто не хочу.
В моем доме тоже будет просторная детская. Для маленького ангела с серыми глазами, который сводил бы меня с ума своей потрясающей улыбкой, при которой будет видно все четыре зуба. Обязательно будет.
И я была права, когда отказалась от вина вечером. Тяжелые мысли и яркие воспоминания разрывают душу, приходится пить таблетки. Это наш с Кристианом уикенд, и сейчас не место ярким, болезненным воспоминаниям.
Пару дней назад я слышала по радио песню. Не дослушала, к сожалению, лишь первый куплет… И искренне рассмеялась, оценив совпадение:
«Debbie just hit the wall
She never had it all
One Prozac a day
Husband's a CPA
Her dreams went out the door
When she turned twenty four
Only been with one man
What happened to her plan?
She was gonna be an actress
She was gonna be a star
She was gonna shake her ass
On the hood of white snake's car
Her yellow SUV is now the enemy
Looks at her average life
And nothing has been alright»
Прозак — мой верный друг на протяжении уже многих лет.
«Муж — дипломированный бухгалтер», Кристиан, почти дипломированный, почти бухгалтер.
И я тоже, как и Дебби, не планировала это дерьмо, не добилась своего. Потеряла всё еще в двадцать два, а не в двадцать четыре.
И у меня ни черта не в порядке.
Я устала. Я просто устала. Устала от бессилия, от пустоты, от страха. От замкнутого пространства его квартиры. Изначально домашние дела были для меня стабильностью, по прошествии времени — рутиной. Будто я не способна на что-то другое, кроме готовки и уборки.
Случайно проболтавшись об этом Кейт, она предложила мне вариант, о котором я глупо не подумала: курсы повышения квалификации, чтобы не было проблем с трудоустройством. У меня ведь даже есть опыт работы по профессии… Я буду хорошим учителем в арт-классе. Кристиан, наверное, и не знает, что я хорошо рисую. Всегда было некогда, спешила, рвалась к победе, бросила всё… Но вернулась к тому, с чего всё начиналось.
— Я так голоден…
— Я думала, ты еще поспишь, — со всех сил пытаюсь искренне улыбнуться, но попытка терпит провал. Не успела ничего приготовить…
— Почему ты без настроения?
— Потому что не завтракала. Это дом твоего друга, да? — Кристиан кивает, зевая, и я не могу не улыбнуться, видя его таким нежным после сна. — Ты нас познакомишь? Я не хочу быть курицей-наседкой, не из-за контроля, детка, не поэтому, мне просто интересно!
— Да, конечно. Дон и Мэг тоже будут рады узнать тебя лично, наконец. Это важно для тебя?
— Для меня важно всё, что касается тебя. И если ты не обидишься, то… — моя фраза-сигнал, предупреждающая о том, что речь снова, снова о Трэвисе…
— Господи, Трэвис был святым у тебя, Ана?
— Я говорила о том, что его друзей я знала, а о твоих не знаю ничего, совершенно, не то что лично.
— Как меня достало твое бесконечное сравнивание нас. Я не удивлюсь, если у него и член был больше, и волос на груди меньше, и какое-нибудь еще дерьмо, что так важно для тебя.
По крайней мере, раньше бы он наорал на меня, а не тихо высказался.
Индюк.
***
Час полной тишины. Звук клацающих вилок по тарелкам, не больше. Я не собираюсь извиняться… Кристиан, правда, тоже, но ведь кто-то из нас должен быть мудрее.
Я ведь не сказала ничего плохого? Что не так? Я действительно не знаю ни одного его друга, хоть он и выбирался на «встречи с парнями» несколько раз. Разве это правильно? Серьезно ли это?
В гостиной звонит чей-то телефон, и Кристиан, как настоящий джентльмен, жестом останавливает меня, спеша ответить на звонок. Грей лентяй, как и я, оба шарахаемся, но никто так и не сменил звонок на своем телефоне.
Хоть бы это ему и по какой-то мелочи, или Кейт, приглашающая на ужин, ничего важного… Хочу утро, до того момента как открыла свой рот и испортила обоим настроение.
— Это тебя, — одними губами шепчу ему «спасибо», и как бы он не обижался на меня — улыбается уголками губ, возвращаясь к еде.
— Алло?
— Ана, добрый вечер, это Дон… — Дон? Который хозяин дома и друг этого индюка, делающего вид, будто не подслушивает?! — Мне очень жаль, но мы вынуждены вернуться сегодня, а не завтра. И мы с женой хотели бы поужинать сегодня с вами, а завтра вы бы уехали, как и планировали.
— Это было бы здорово.
— Я рад слышать ваш восторженный голос и согласие, а не видеть кислую физиономию Криса и слышать нелепые отмазки. Ни о чем не беспокойтесь и отдыхайте последние полчаса в тишине. Маленькое исчадие ада… — на фоне громкий восклик: «Дональд!», и я хихикаю. — В смысле, наш сын очень активный и громкий. До встречи!