— Wer bist du?
Не, ну здорово конечно играют, прямо вот испугалась бы даже, окажись я в далеком сорок первом. Снова выдала улыбку и английскую речь:
— Вы потрясающе играете, продолжайте съёмки, я уже ухожу.
Не тут-то было, меня резво развернули за плечи с окриком:
— Stehen!
Я раздраженно перешла на русский:
— Блин, не заигрались ли вы, мальчики? Ещё скажите хенде хох, руссиш швайн!
Моя фраза произвела эффект разорвавшейся бомбы — на меня навели сразу два пистолета. Ещё одним подтолкнули в спину и выдали очередной непонятный приказ:
— Gehen!
Таак... Что же за пиздец происходит-то? Мой, пусть не самый великий, здравый смысл сейчас тихонечко шептал, что, скорее всего, я нарвалась на каких-нибудь неонацистов, короче, психов и маньяков. Но, поскольку они с оружием и их трое, не стоит изображать Чудо-женщину, разумнее прикинуться сибирским валенком. Сделаю вид покорной жертвы, пойду куда ведут. Но тут же, по идее, кругом люди, значит, надо выждать момент и звать на помощь. Я пошла рядом с этими ряжеными нацистами, рожи у них конечно те ещё – словно вырезанные из камня, никаких эмоций. Нет уж, психи вы загадочные, не пойду я с вами никуда. Сделав упор на эффекте неожиданности, я резко стартанула в сторону. Бежать решила в направлении крепости, там хотя бы есть где спрятаться. Остальное пространство было открытым. Что-то выкрикивая, они бросились за мной. Ох ты ж блин, я надеюсь, мне показалось, но я услышала выстрелы. Эти психи, что, решили палить мне в спину? Пришлось ускориться, никогда не думала, что вспомню добрым словом нашего Сан Саныча, который гонял нас на физре так, что будь здоров. Проклятая крепость вроде бы стала чуть ближе, но каковы мои шансы добежать до неё, не получив сквозной вентиляции головы? А дыхалка-то у меня оказывается ни к черту. Я еле-еле пыталась вдохнуть воздух, опираясь на камень. Да, я сделала это, хрен пойми как, но добежала до крепостной стены. Правда, вряд ли мне это поможет. Людей поблизости не было ни одного, а гады, преследовавшие меня, где-то рядом. Я осторожно выглянула из-за стены и, конечно же, спалилась. Псевдонацист что-то заорал своим и рванул ко мне. Забыв о усталости, пришлось снова бежать – ноги сами понесли меня в противоположную сторону.
— Stehen! Schießen werde!
Ори на здоровье, придурок, еще бы я тебя понимала. Так, а куда же мне бежать и где все люди, которые ещё недавно бродили вокруг? Я сначала не поняла, что случилось – что-то острое кольнуло мою спину. В следующее мгновение стало больно дышать. Ёбнуться можно, меня что, застрелили? Это просто невозможно сравнить ни с чем – боль жгла лёгкие, мне казалось, я медленно задыхаюсь. Что-то горячее обожгло подбородок и шею. Я машинально поднесла пальцы и увидела, что с них капает кровь. Видимо моя. Вот и всё, Сашка, сейчас будешь знакомиться со смертью. Прежде чем скользнуть в темноту, истерически пробилась мысль, что это самая идиотская смерть – нарваться в бывшем концлагере на психов-неонацистов.
***
Господи, я все ещё жива? Я открыла глаза, пытаясь сориентироваться в обстановке. Лежала я в каменном мешке, вроде бы туда я и свалилась изначально. Где-то снаружи я слышала привычный шум – голоса людей вдалеке, слабо, но явственно шум машин. Уже легче, значит все, что было со мной недавно, просто глюки. Ибо сотрясение однозначно лучше огнестрела. И тут черт меня дернул посмотреть на свою руку. Пальцы были в легких кровавых разводах. Блять!! Я быстро схватила рюкзак и стала рыться в поисках зеркальца – ну так и есть, такие же красные разводы чётко видны на подбородке и шее. Что за херня творится? Я торопливо стирала кровь влажными салфетками. Было страшно до одури, но я решилась завести руку за спину, ощупывая ткань ветровки. Где-то под лопаткой мои пальцы наткнулись на аккуратную дырочку. Нет, я не буду истерить, я буду думать логически. Я могла порвать ветровку здесь, зацепившись о камни. Кровь на лице можно объяснить ударом от падения. Когда вернусь в город, пожалуй, всё же придётся показаться врачу. Со мной явно случился небезобидный ушиб. Я надела рюкзак, осторожно поднялась и посмотрела, как можно выбраться из этого подземелья. Ага, вот если встать на этот крупный камень и, подтянувшись, схватиться за выступ, вроде должно получиться вылезти на поверхность. Главное – не торопиться и под ноги смотреть. Ай, какая я молодец, вот уже почти и доползла без приключений. Нет-нет-нет, Боженька наверху, ты что, издеваешься? Моя нога соскользнула с камня. Я пыталась удержать свою тушку на весу, но, начав барахтаться, ещё больше лишилась устойчивости. Я почти аккуратно съехала вниз, оставалось только истерически ржать, да сколько ж можно? Я выберусь сегодня отсюда или не судьба? Слишком поздно было уворачиваться от сорвавшегося откуда-то сверху булыжника, летящего в мою многострадальную головушку. Видно, не судьба...