- Да кто бы сомневался в Ольге Николаевне! - я нарочно его немного злю, чтобы он спустился со своей важно-официальной тональности. Видимо, наша лояльная клиентка ему наобещала неожиданно много понятно чего, он почувствовал, что его оценили по достоинству, и сам того не замечая, раздувает щёки.
- Какой-то недоброжелатель сообщил мужу, что у неё роман с господином Х, - произносит он серьёзнее, чем того требует эта сногсшибательная новость.
- То есть с этим самым другом?
- Да. И это надо опровергнуть.
- Ещё бы.
- Валенти-и- ина! – восклицает он якобы недовольно, - дослушайте до конца! Вам надо с ним познакомиться. Он уже в клинике.
- С какой целью познакомиться? – на всякий случай спрашиваю я.
- Есть план. Только не надо так на меня смотреть, - предупреждает меня шеф, - план не мой, а Ольги Николаевны.
- Не имеет значения, если честно, - я закидываю ногу на ногу. Не буду лишний раз хвастаться, но с ногами у меня всё в полном порядке, а сегодня я вообще в новых туфлях на каблуке.
Шеф смотрит на мою неоднозначную позу и грозит мне пальцем, щурится, но ничего не говорит. У меня с ним странные отношения. Он всегда мне нашёптывает, как я ему нравлюсь, особенно на корпоративах или в командировках, но никогда не делает ни одного откровенного шага в мою сторону. Я же первая никогда не нападаю. Принципы.
Надо отдать ему должное, за всё время работы, он не был замечен ни с одной из сотрудниц. Одно время мы все думали, что он не про это, но оказалось, он даже очень «за», что лично мне подтвердил Стас, неоднократно в этом убедившись. Они часто ездили с ним на рыбалку. Идиотское хобби, мне совершенно непонятное, но любимое многими даже интеллектуалами. Да и потом, понятие это растяжимое, и каждый давно понимает под рыбалкой своё. Со слов того же Стаса, Анна Евгеньевна в круг его интимных подруг также не входила. Но меня в этом убеждать не было никакой необходимости.
- Мы начинаем работать в пациентом по самой обыкновенной стандартной программе – анализы, детокс, физиотерапия, круги Лаховского, водные процедуры. Вы разрабатываете ему диету, - продолжает Александр Николаевич.
- Отлично, а план-то в чём?
Могу добавить про шефа, что он довольно хорош собой, спортивный, модный, всегда в сносном настроении и слегка улыбающийся, иногда ехидно. А очки придают ему интеллигентности и такого эффекта знайства, который руководителю никогда не помешает.
Аккуратно перекладываю левую ногу на правую.
- Валентина, ведите себя прилично.
- Где?
- Сейчас.
Демонстративно пожимаю плечами. Сам кривляется, а другим не даёт.
- Итак, перейдём к плану. Пациент как бы напоказ немного за вами ухаживает. Приглашает вас в ресторан, на презентацию, выставку, в театр. Каждый вечер куда-нибудь. У вас пять дней. Он знает, куда надо. Вы должны примелькаться вдвоём, вас снимут в светскую хронику для некоторых телеграм каналов и так далее. Вы просто один типаж с Ольгой Петровной, ну, чуть моложе, но это не важно. А во вторник придёте вместе на один приём. Это гвоздь программы.
- Сегодня у нас среда, так?
- Ну, уж сами посчитайте как-нибудь.
- То есть никаких вольностей в поведении от господина Х я вправе не ожидать, верно? Только работа.
- Да, конечно. Это так. Ваша помощь будет хорошо вознаграждена.
- Ловлю на слове, - улыбаюсь я. Конечно, если бы речь шла не об этой непонятной просьбе, граничащей с амораловкой и бардаком, я бы таких вопросов не задавала, как никогда не оспаривала или отказывалась от командировок, участия в конференциях, написании статей и так далее, но раз пошло такое отклонение, то можно и заработать. Я же участвую в «плане» точно также, как и он, а то и поважнее буду в данной ситуации.
- Идите в кабинет, Валентина! Анна Евгеньевна пришлёт пациента через двадцать минут.
- Как его зовут?
- Пётр Ильич.
- Не хватало ещё, чтобы фамилия у него была Чайковский, - добавлять про Скрябина не обязательно, оно и так понятно. Но шеф не реагирует на мой тонкий юмор.
- Я не помню его фамилию. Если возникнут вопросы в связи с этой необычной просьбой, можете контактировать с Анной Евгеньевной. Надеюсь, вы выручите нашу уважаемую пациентку и послужите клинике верой и правдой.
- Александр Николаевич, ну, хватит уже! – встаю, - я сегодня вас не узнаю.
Он как будто не слышит. Тоже встаёт, чего обычно не делает, так как я его сотрудник, но у него точно какой-то сбой, и он сам не свой.
Выхожу от шефа, прохожу мимо Анны Евгеньевны, не говоря ей ни одного слова, как бы ей не хотелось меня поучать.
Быстро дохожу до своего кабинета и закрываю за собой дверь. Надо подумать. Ситуация сложная. Я уже предвижу слабые места в этом идиотском замысле сыграть любовницу вместо Ольги Петровны, чтобы супруг увидел другую женщину рядом с этим господином Х. С другой стороны, это только кажется, что план наивен. Когда рядом постоянно находится живая, не выдуманная женщина, люди начинают в это верить и доверяют последним реальным воспоминаниям и фактам, а не слухам. Так что, кто его знает, может, план и сработает.