II. «И когда, пробыв там какое-то время…»
И когда, пробыв там какое-то время,
Ты снова выйдешь из этих стен наружу,
Пусть твоим делом станет
Внимание к небу над кронами деревьев
И к их листьям, темно-зеленым. Пусть
Возле темно-синей скамьи, с которой
Слезает краска,
Ляжет слабый розовый блик.
Речь идет о жизни и смерти.
И о той, что, легко ступая, вечерами
Появлялась в саду, чтобы в складном кресле
Час, не больше, читать, пока
Она еще сохраняла право
Не тревожиться о том, как тает время.
Не больше часа, недолго. Что-то,
Может быть перчатка, упало, похоже,
С ее колен. И, похоже, она
Не глядя, одной рукой
Рассеянно шарит в прохладной траве.
Самое далекое остается
Самым близким. Самое давнее владеет
Настоящим мгновением. Проступает
В красках, где не прервется ничто, никогда.
III. «Сегодня ночью свет построил себе…»
Сегодня ночью свет построил себе
Гнездо из дремоты, и утром
Возник мир, а к вечеру — это платье,
Чуть подцвеченное розовым, этот
Взгляд. Он просит сад ему дать
Приют, еще ненадолго.
Картина: пустое кресло, книга,
Оставшаяся раскрытой.
Первые крупные, теплые капли.
Под ними краски ярче. Она что-то
Поднимает из густой травы. Перчатку?
Неужели так выросла, мой друг художник,
Трава в твоем саду? Исчез ли под этим
Колоссальным зеленым покровом
Тот мир, с которым ты прежде совпадал?
Да, но видишь, здесь спал какой-то зверь:
Трава смята, место его ночлега
Похоже на знак. А знак — это
Нечто большее, чем
Потерявшаяся вещь, чем проходящая жизнь,
Чем пение на дороге глубокой ночью.
Прояви кистью эту тень в траве,
Раскрой нам простую суть знака —
Это мечтанье, нет, это
Золото, умеющее превращать
То, что было, в то, что не исчезнет.
Кафе
Долгое молчание
Этого мужчины и этой женщины
Наполняет тревогой свет, лежащий
На их неподвижных руках.
Художник, оживи эти пальцы
Каплей светлой краски. Пусть они станут
Последним следом дня в густеющей ночи.
Тогда по одной из рук
Пробежит дрожь. Стол стоит в углу,
Под окном, за которым быстро мчится
Вечернее небо.
Это стекла? Нет, призма. Оконный луч
Ищет что-то в полумраке зала.
Здесь люди, как всегда. Там, снаружи,
Бредет домой надежда,
Усталая после долгого дня,
Проведенного в городе, бог весть где.
Друзья, проходите мимо. Это
Не картина, а река. Как научиться
Жить, то есть умирать? Уже не хватит
Времени: кафе сейчас закроют.
Столько недоразумений! Но на холсте,
Судя по всему не конченном, слегка
Блестят пустые бокалы. И это
Единственное кольцо, может быть, обручает
Две жизни, сливающиеся в одну.
Картины
Это вы, краски, это ты, свет —
Да, вы тут, когда еще до зари
Он открывает глаза. Вы всю ночь
Не спали, в темноте оставались рядом
И руками колыхали воду грез,
Гоня по ним волны: круги тайны.
Эту тайну вы, родня наших снов,
Угадывали в них и делали своей.
Земля — всего лишь избыток видений,
Одежда, шевелящаяся нателе
Той, что вечно гибнет, но не умирает.
Таинственные складки. Чем они были?
Вечерним солнцем за стволами деревьев.
Миндалем невидимого, раскрывшим створки.
Другие картины
В последний раз: спальня, сад.
Слабый свет просочился в альков. Способны ль
Краски, эта доблесть продолжающих жить,
Воскрешать то, чего больше нет?