— Не помешаю?
Флора вздрогнула от негромких звуков голоса, раздавшегося за спиной. Она резко повернулась. Перед Флорой стоял Уильям Кренстон.
— Здравствуй, Кэт. Я, кажется, испугал тебя? Пожалуйста, извини, — мягко сказал он.
Флора удивленно взирала на него.
— Что вы здесь делаете? — наконец возмущенно спросила она и быстро поднялась со скамейки.
— Наблюдаю за тобой, Кэт, — спокойно ответил Билл и улыбнулся. — И уже довольно давно наблюдаю. Ты с таким удовольствием оглядывала все вокруг, что я никак не решался появиться перед тобой.
Флора попыталась обойти его, но Уильям схватил ее за руку, пресекая любую попытку сдвинуться с места.
— Отпустите меня! Немедленно!
Флора с силой выдергивала руку.
— Кэт, погоди. Я специально ждал, когда ты выйдешь из дома. Нам надо поговорить. И я не отпущу тебя до тех пор, пока ты не успокоишься, и мы не поговорим.
Уильям был настолько категоричен и невозмутим, что Флора сочла за лучшее не возражать.
— Хорошо. Только отпустите меня, — попросила она.
— Сядем, Кэт? — предложил Билл.
Они устроились на скамейке рядом. Флора пристально смотрела вдаль. Билл бросил на нее быстрый внимательный взгляд и первым заговорил:
— Кэт, наверное, ты догадываешься, в какую двусмысленную и нелепую ситуацию мы попали.
Она нервно дернула плечом, но ничего не ответила.
— Честно говоря, я думал, что Нэнси сообщила тебе, что пригласила меня сюда, — продолжил он. — Поверь, Кэт, я не хотел принимать это приглашение. Но Нэнси была так настойчива, что я не мог ей отказать. А после разговора с тобой понял, что Нэнси, видимо, обманула меня. И ты не в курсе ее планов.
— Нет, — перебила его Флора. — Догадываюсь, что Нэнси мне об этом говорила, да я прослушала!
— Вот как…
Билл немного помолчал, затем серьезно спросил:
— Что будем делать? Ведь я связан своим обещанием, Кэт. Встречаться с тобой может только мистер Муф. А у гостей Нэнси, как и у нее самой, это вызовет недоумение. Мне уехать, Кэт?
Флора задумалась, а потом повернула голову, посмотрела прямо в его глаза и решительно сказала:
— Два дня — не такой уж большой срок. Мистер Муф должен исчезнуть, Уильям. Да и вообще я порядком устала от работы с ним и его пьесы. Не хватало только уик-энды с ним проводить! Уж лучше с Уильямом Кренстоном.
— Значит?.. — Билл вопросительно смотрел на нее.
— Придется смириться с обстоятельствами!.. — вздохнула Флора. — Придется два дня потерпеть присутствие Уильяма Кренстона. Но только два дня, Уильям! — она вдруг звонко рассмеялась. — Нет! Это что-то невообразимое! У меня такое впечатление, что вы окружили меня со всех сторон. Чего ни коснись, куда ни брось взгляд — везде вы, Уильям! Я уже не могу представить место, где вас нет рядом!!!
Он усмехнулся и иронично сказал:
— А я могу, Кэт.
— Где же? — быстро спросила она.
— В твоей постели! — объявил Билл и сразу увидел, каким ошеломленным стало выражение ее лица.
Флора быстро справилась с собой и с укором заметила:
— Вы сказали пошлость.
— Я констатировал факт, Кэт! — категорично возразил он. — Поверь, пошлости говорят обычно другим тоном. И потом… Мое отношение к тебе, Кэт, таково, что ничего двусмысленного или непристойного я никогда бы себе не позволил. И главное. Это была цитата. Шекспир. «Укрощение строптивой».
Билл вдруг обнял Флору за плечи и притянул к себе.
— Кэт, — наклонившись к ее уху и понизив голос, заговорил он, — у любого человека… есть мечта. Я открыл тебе свою. Но пусть это будет пока… нашим секретом. Хорошо?
Флора уперлась руками в его грудь и, подняв к нему лицо, возмущенно произнесла:
— Не собираюсь я вступать с вами ни в какие тайные заговоры! Никогда! Да еще…
Билл вдруг быстрым и нежным поцелуем прикоснулся к губам Флоры, прервав ее речь, и мгновенно отпрянул.
— Да что же это такое?!!
Флора резко встала, бросив на Билла полный гнева и негодования взор.
— Только одно, Кэт, только одно, — усмехнулся Билл. — Даже угроза выполнять очередное твое условие не может перебороть мое страстное и неодолимое желание целовать тебя.
Флора хотела что-то сказать, но он остановил ее:
— Кэт, погоди. У меня есть смягчающее обстоятельство. В твоем присутствии у меня ум за разум заходит. А сумасшедших не судят, Кэт!