Отпор обычно тихой, смиреной дочери его удивил. Настолько, что Король теней невольно отступил перед этой маленькой, хрупкой, но отчаянно борющейся за жизнь чужого существа, девушкой. В широко распахнутых глазах Марии сверкали черные молнии, она глухо рычала, как пантера, защищающая своего детеныша. Симаргл с напугавшей его ясностью осознал, что сейчас этой фурии ничего не стоит перегрызть глотку любому обидчику, будь тот даже король, отец или все вместе взятое.
-Но ведь это чужое дитя, другого вида.- куда спокойнее, тише заметил он.
-Пусть так,- девочка зажмурилась, щекой прижимаясь к свертку. Малыш перестал плакать, успокоенный теплым, нежным дыханием. А тень прошептала:- И все равно он мой, мой малыш. И я никому, ни за что не позволю его забрать или тронуть. Даже тебе, отец. Прости.
Из-под закрытых век девушки побежали слезы, прокладывая дорожки по щеками и капая на ткань свертка. С минуту Король теней с распахнутыми от услышанной дерзости глазами смотрел на дочь. А потом, словно что-то для себя решив, окончательно расслабился и хмыкнул, мирно втягивая когти обратно.
-Хорошо,- согласно вздохнул Симаргл.- Можешь оставить ребенка у себя.
-Правда?!- не веря своим ушам, Мария вскинула на отца голову. В глазах ее еще стояли слезы, но она позабыла о них.
-Правда,- с улыбкой кивнул Король. Девушка закусила губу, опуская голову. И осторожно, как неприрученный зверек, шагнула к отцу, утыкаясь макушкой ему в грудь. По щекам ее опять побежали слезы, но на этот раз слезы облегчения и счастья.
-Ну все, не плачь,- Симаргл поморщился от лишних нежностей, однако приобнял дочь за плечи. Ребенок, пригревшийся между двумя телами, уснул окончательно.- Думаю, тебе будет полезно обзавестись своим домашним питомцем, пусть это и человек. Но только помни, что ответственность за него полностью лежит на тебе. И не забывай, что человеческий век очень недолог...Хотя, тебе как никому другому это известно.
Отец усмехнулся, и от этой усмешки Марии снова стало не по себе. Она посмотрела на маленького малыша, тихо посапывающего у нее на руках.
Симаргл поднял руку, и на кончиках тонких пальцев материализовался сияющий фиолетовым цветом, нежный василёк. Мария замела,ее зрачки сузились до размеров точек.
-Человек хрупок, как фарфоровая игрушка,- с тихим, змеиным шипением продолжал Король.- Стоит за ней не усмотреть – и она сломается. Если не разобьется вдребезги…
Цветок в его руках рассыпался пеплом.
Последние, вещие слова Симаргла эхом отдавались в голове девушки. И тогда, когда волк сбил Влада с ног, и тогда, когда они вместе полетели в пропасть. И даже тогда, когда Мария с криком кинулась к обрыву, лихорадочно соскальзывая по крутому каменистому склону и не обращая внимания на попутные царапины и ушибы. Кубарем скатившись вниз, она бросилась к тому месту, где неподвижно распластались на острых выступающих из воды камнях две неподвижные фигуры. К несчастью, слабая надежда принцессы на то, что парень упадет сверху на мягкую шкуру волка, рассыпалась прахом: все получилось с точностью да наоборот. Волк, едва приподнимаясь на шатающихся лапах, замотал головой. Его белая густая шерсть была перепачкана в крови… и не только своей.
-Сгинь!- в бешеном бессилии закричала девушка, отталкивая тяжелую тушу зверя. Тот недовольно зарычал и отполз, зализывая искалеченные лапы.
-Владушка, солнце мое,- прошептала Мария, дрожащими ладонями касаясь бледного, неподвижного лица.- Что же я наделала…
Огромным усилием воли подавив все нарастающую в груди панику, тень быстро вытерла застелившие глаза слезы и приложила руки к искалеченной груди родного ей человека. Пытаясь не думать о том, что под ладонями уже не чувствуется стука теплого, живого сердца. Она закрыла глаза, принимаясь с помощью магии сращивать кости, исцелять ушибы и вправлять вывихи.
Прошло минуты три, прежде чем Мария закончила и посмела открыть на выдохе глаза. Теперь ничто не указывало на то, что только что ее ненаглядный младший брат упал с невообразимой высоты и был вдобавок придавлен упавшим следом огромным зверем. Однако глаза парня были все так же закрыты, грудь не вздымалась. А бледный и без того от недостатка света цвет лица оставался… фарфоровым.
-Нет…- выдохнула Мария, закрывая лицо руками. А потом бережно взяла бездыханного брата под голову и положила ее себе на колени, раскачиваясь в исступлении из стороны в сторону и нежно, но на автомате перебирая пальцами мягкие, цвета белой стали волосы.