— Так принято, — сухо ответил Северус.
— Не стоило, — она опустила взгляд на свои руки.
Наблюдавший за происходящим реальный Северус поразился, насколько Лили при этом стала удивительно похожа на своего сына. Странно, он раньше не замечал, что ребёнок двигался, как Лили.
— Ты правда имел в виду то, что сказал? В той записке? — осторожно спросила Лили, не глядя на Северуса.
— Что я до сих пор скучаю по тебе, но надеюсь, что ты счастлива? — спросил он.
Лили кивнула, не поднимая головы.
— Конечно, правда, — Северус наклонился и накрыл ладонями её сложенные руки. — Ты собираешься сказать мне, почему ты здесь?
— Знаешь, — вздохнула Лили, — я была счастлива с Джеймсом. Даже несмотря на войну и всё такое. Мы пытались завести ребёнка, — она не смотрела на него.
Северус наклонился сильнее, прижавшись лбом к её макушке. Лили с лёгким вздохом прислонилась к нему.
— Мы пытаемся завести ребёнка, — повторила Лили шёпотом. — С тех пор, как поженились. Прошло уже больше года.
В комнате было невероятно тихо, и ни один из Северусов не заметил, когда остановилась пластинка — игла проигрывателя была зачарована самостоятельно подниматься, едва запись заканчивалась.
— Я начала беспокоиться. Это очень долго, чтобы попытаться… тем более, что я выбирала лучшее время, чтобы… ты понимаешь, — Лили говорила приглушённо, словно боялась, что кто-нибудь подслушает.
Реальный Северус вынужден был наклониться ближе, чтобы услышать её.
— Я хочу специализироваться на акушерстве, стала ученицей акушерки. В прошлом месяце она применила ко мне все свои чары, — слёзы снова потекли по щекам, но голос звучал почти ровно. — Она научила меня этим чарам, чтобы я могла проверить Джеймса. Я сделала это сегодня днём. Он работал всю ночь, поэтому спал и ничего не заметил.
Тут Лили подняла голову и посмотрела на Северуса опустошенными глазами.
— Он не может… он не может иметь детей. Но он чистокровный, и у него должен быть…
Северус резко выдохнул, всё понимая. Именно по этой причине многие чистокровные волшебные семьи угасли.
— О, Лили, — Северус крепче сжал её руки, — ты ему сказала?
— Я не могу, он так сильно хочет ребёнка. И я тоже, — она снова опустила глаза на колени. — Я не знаю, куда ещё идти.
— Ничего не понимаю. Что я могу сделать… — Северус умолк, когда Лили подняла глаза, теперь сверкающие решимостью.
— Ты знаешь, как приготовить зелье? — спросила она.
— Зелье? — брови Северуса поднялись в недоумении и замешательстве. — Я могу приготовить любое зелье, какое ты захочешь, но от этого нет лекарства, ты же знаешь.
— Зелье сокрытия родства, — твёрдо сказала Лили, не сводя ярких глаз с лица Северуса.
— Я… наверное… Я имею в виду, — Северус, сделав паузу, сглотнул. — Это не трудное зелье… но… — он снова замолчал.
— Но что? — тихо спросила Лили.
— Ну, кто будет… Ты знаешь?.. — Северус говорил, чувствуя, как запылало лицо.
— Донором? — спросила Лили, по-прежнему не сводя с него глаз, хотя её щёки тоже стали ярко-розовыми.
Северус кивнул.
— Полагаю, ты попросишь кого-нибудь из друзей Поттера? — в его резком голосе слышалось что-то похожее на неодобрение.
Лицо Лили приняло свекольный оттенок, на который было больно смотреть.
— Я-я… я как бы надеялась… — голос Лили дрогнул. Она отдёрнула руки и, взяв волшебную палочку, хотела встать с дивана. — Ничего страшного. Я уже сказала, это было ошибкой.
— Лили… Лили, подожди, — Северус снова схватил её за руки и не дал подняться. — Я просто… извини. Глупый вопрос. Это не моё дело. Конечно, я помогу.
Лили посмотрела на Северуса с радостной, несмотря на слёзы, улыбкой и бросилась в его объятия, снова всхлипывая. Он застыл, одной рукой неловко похлопывая обезумевшую женщину по спине, а другой гладя её волосы.
— Ш-ш-ш, Лили, — шептал он, — всё в порядке.
— Спасибо, — Лили отстранилась.
— Когда ты собираешься рассказать Поттеру? — спросил Северус, когда Лили, казалось, достаточно успокоилась, чтобы продолжить разговор.
— Я не скажу, — она откинулась на спинку дивана, в её глазах появилось затравленное выражение.
— Ты что? — изумился Северус. — Ты не можешь скрыть это от него. Кого бы ты ни попросила… они обязательно проговорятся.
— А если я тебя попрошу? — спросила Лили.
— Но, Лили, — Северус несколько раз открыл и закрыл рот, выглядя ошарашенным, — он никогда не позволит тебе.
— Он ничего не узнает об этом, — Лили скрестила руки на груди. — Если ты не сделаешь этого, я пойду в магловский банк спермы.
— А что… Что это?
— Разве ты не слышал об этом в прошлом году? — раздражённо фыркнула Лили. — Ребёнок из пробирки? Это было во всех новостях, — она с укоризной посмотрела на него. — Конечно, ты же не читаешь магловские газеты.
— Что? — Северус покачал головой и на секунду прикрыл руками глаза. — Так что, они просто используют чьё-то мужское… — он замолчал, опуская руки и не зная, какой термин использовать.
— Сперму, — подсказала Лили ровным голосом. — Насколько я понимаю, её сохраняют, замораживая. Они искусственно оплодотворят меня. Это очень дорого, но у меня ещё есть страховка моих родителей.
— Но это звучит ужасно, — Северус изумлённо уставился на неё. Ему в голову пришла жутковатая мысль: — А что, если ребёнок окажется сквибом?
— Я — маглорожденная. Думаешь, мне не всё равно? — вспыхнула Лили, вскочила и заметалась по комнате, с сердитым и решительным видом проскочив мимо настоящего Северуса.
— Поттеру не всё равно. Ты же знаешь, так и есть, — тихо сказал Северус. Он сидел на диване, положив локти на колени, и, словно зритель на теннисном матче, наблюдал, как она мечется взад-вперёд.
— Он хочет ребёнка так же сильно, как и я. Ему будет всё равно, — заверила Лили.
— Лили, — Северус встал. — Лили… Я… Я не уверен, что смогу, — левой рукой он вцепился в локоть свободно свисающей правой, в пальцах которой до сих пор сжимал палочку. — Ты мой лучший друг…
— До сих пор? — Лили остановилась и, слегка улыбнувшись, посмотрела на него.
— До сих пор, — Северус вздохнул с лёгкой, грустной, ласковой улыбкой.
Настоящий Северус подавил всхлип.
— Но, — упорно продолжал Северус-воспоминание, — я никогда не думал о тебе так. Это не значит, что ты некрасивая, — быстро говорил он, боясь, что его неправильно поймут. — Но ты не… ну, ты понимаешь?
— Может, напьёмся? — с робкой надеждой спросила Лили. — Я не хочу, чтобы это был кто-то, кто не является моим другом. И я знаю, что ты никогда никому не расскажешь.
Северус долго молча смотрел на неё. Лили, казалось, затаила дыхание.
Внезапно он повернулся к своим книжным полкам. Северус хорошо знал, в какой книге искать, хотя никогда раньше не готовил именно это зелье — он прекрасно изучил все свои книги. Заглянув в указатель, он открыл нужную страницу.
— На приготовление зелья потребуется неделя. Тебе нужно будет принимать его через две недели после оплодотворения, после того, как у тебя произойдёт задержка менструации, в течение первых трёх месяцев.
— Спасибо, — кивнув, выдохнула Лили, понимая, что он даёт своё согласие на её безумный план.
— Когда бы ты хотела… — Северус, не поднимая головы от книги, искоса взглянул на неё.
Её лицо снова стало свекольного цвета.
— Мадам Бонифант дала мне сегодня зелье зачатия. А Джеймс думает, что я вечером дежурю при родах. Мадам Бонифант прикроет меня.
— Бонифант? Она твоя наставница? — Северус поднял голову и внимательно посмотрел на неё.
Лили кивнула.
— Она знает, что я хочу сделать, и велела не говорить ей, с кем, — Лили пожала плечами, глядя в сторону. — Это достаточно распространённая проблема, многие акушерки знают женщин, которым приходилось так поступать.
— О, — тихо произнёс Северус.
— Так что если у тебя нет других планов, мы могли бы сделать это сегодня вечером, — Лили обхватила себя руками. — Если у тебя ещё осталось это вино… — она кивнула на буфет, где стоял его забытый бокал.
— Тебе всегда плохо от выпивки, — молодой человек мягко улыбнулся. — У меня есть кое-что получше — зелье, которое заставит нас стать по-настоящему желанными друг другу, примерно на полчаса.