Во мне он не вызвал никаких подозрений, хоть такая мысль и промелькнула. Он никак не отреагировал на моё появление. Он был весь там, в переписке. Или в написании. Я не видел, что на экране. Я наверно простоял над ним с полминуты, пока он обратил на меня внимание. Подняв глаза и пробежавшись снизу вверх взглядом, он так его и не заострил ни на чём. Всё его существование было сейчас не здесь, а уходило, если верить взгляду, сквозь меня, через окно позади, куда-то за горизонт. Он опять вернулся к экрану и, потрепав себя по голове, что-то ещё написал. Я присел на корточки перед ним.
– Компанию мне не составишь на обеде? – спросил я без приветствия.
– Что простите? – опомнился он через секунду.
– Привет, говорю, – улыбнулся я, – есть хочешь? Приглашаю, пошли, если есть желание.
Он улыбнулся в ответ:
– Пошли!
В Парнасе в среде студентов и даже преподавателей есть такое понятие переросшее уже в местную традицию. Это “брудерброд”. “Пригласить на брудерброд” означает безвозмездно пригласить к своему столу любого из доступных окружающих. Получивший приглашение не обязан был ждать кулинарного изобилия. На глаз можно определить – напоят тебя просто чаем или угостят комплексом. Просто, как понятно из названия, по-дружески зовут перекусить. Звали, конечно, но не всех и не всегда. Умудрённые корифеи при определённых талантах умели этим даже воспользоваться целенаправленно. Но вся суть оставалась прежней: если ты богат для обеда, одинок по стечению обстоятельств и жаждешь недолгого общения – пригласи, на кого глаз упадёт, и, может быть, получишь отличного собеседника. Думаю, половина амурных знакомств начиналась в Парнасе именно так. И это при том, что общение со стороны приглашённого, также как и соглашение, не было обязательным. Просто отдавая дань традиции, званый гость отвечал словом на такой жест. Хотя с некоторой долей вероятности, мог попасться и молчун, но обычно такие люди отказывались от приглашения. Преподаватели, в основном сами бывшие студенты, не забывали о прошлом и точно также звали друг друга за стол, но, видимо из-за обретённого склада ума, разговаривали уже не о чём попало, а умышленно брали к блюдам и напиткам какую-то определённую тему для разговора.
Это и была причина моего приглашения. Он мне показался безобидным и ещё мелькнуло, что может нуждается в помощи вот такого вот случайного прохожего. Уж больно одновременно печальный и взволнованный вид у него. А я? А мне надо было отвлечься. Новые мысли пока что туго лезли в голову. И пока мы шли к кафетерию, не пришло ни одной стоящей или нормальной. А вот парень потихоньку оттаивал. Сначала молчал, но потом слово за слово разговорился и, когда мы уже взяли горячее, сыпал, почти не переставая. Мой интерес к нему, вообщем-то, лежал на поверхности: чего с таким видом всю ночь переписываешься? Вопрос был задан скорее наугад. Не было оснований предполагать ещё одного человека по ту сторону его экрана. Да и ночь могла быть не вся.
– Я ей говорю, – объяснял он мне после недолгих предисловий и вежливых фраз для знакомства, – там же бактериальное месиво в этом лесу. Биологи с переменным успехом отвоёвывают место для станции. Ни для кого нет никаких гарантий в этом лесу, не говоря уже, что он находится за морем, на другом конце света. Там нужны те, кто занимается с живым материалом: микологи, флористы, этологи и прочие живодёры. Врачи там нужнее наконец! Ну, что там делать программисту? Да, бросьте вы! Я понимаю, что технику надо поддерживать на уровне, чинить. Все эти приборы для анализов. Но для этого, что мало желающих людей? Ей-то это зачем? Вы ухмыляетесь, извини, улыбаетесь. Но ведь вы её не знаете! Она же совершенно тонкая и хрупкая. И внешне тоже. Это не для неё. Ну, если ты страстно желаешь проявить себя в профессии, неужели для этого надо так далеко ехать, когда здесь, в этом громаднейшем эпицентре инфотехнологий всё есть. Мегаполис есть, если уж Парнаса мало! Может поменяется? Да, нет. Вы её точно не знаете. Ну и что, что второй курс! Она перешла на спецподготовку для этой цели. Её сейчас не отговорить, а когда она здесь получит всё, это будет просто невозможно. Вы встречали упрямого человека? По вам не скажешь, всё объяснять приходится. Она уже не свернёт, и я не знаю, что мне делать и что ей ещё сказать. Хорошо, что она мне ещё отвечает. Почему чат? Да ещё со школы так пошло, ещё с записок на переменах. Мне лично всё равно, как общаться. Да и она не против. Не в этом дело!
Он вдруг сник. По его лицу опять пробежала прежняя печальная задумчивость. На какое-то короткое время он перестал есть. Потом снова стал продолжать, но уже гораздо медленней.