К тому же войны давно канули в прошлое. Уже несколько десятков лет, кроме как локальных сражений, случавшихся скорее по глупости, чем из жестокости (так, заблудившийся отряд мог набрести на другую сторону, поплатившись головой), ничего масштабного не происходило. Это было попросту невыгодно. Обе стороны — Свет и Тьма, в открытую презирая друг друга, каждый на своей части суши и морей, вполне устраивало такое положение вещей.
Король Света и Царь Тьмы с пренебрежением посматривали на земли оппонента, с гордостью заключая, что копошиться в чужой грязи нет никакого удовольствия. А вот собственные земли, столицами которых являлись Раденгард и Ноктарион, раскинувшиеся до горизонта, стоят куда большего внимания, чем бесконечные попытки отобрать кусок скисшего пирога. И самое удивительное, что так думали оба правителя, надменно взирая на владения, которые только для чужака и представляли ценность.
До сегодняшнего дня. Точнее, ночи, когда всё резко поменялось и впервые за много лет провинциальный город потонул в крови.
***
Королевский квартал я миновал быстро и без особых проблем. Лишь дважды на моём пути встретились воины Тьмы, но и те были слишком заняты грабежом опустевших домов.
Иначе обстояло дело с кварталом Праздности. Там кишели враги, заполняя широкие улицы. Дружным строем они двигались от края города, где возвышались стены, к самому центру. Превосходя числом и силами Стражу Люмериона, воины методично расправлялись с любыми попытками сопротивления. Прижавшись к кирпичной стене, я задержал дыхание — мимо пробежал очередной враг, сверкая чёрными глазами в поисках добычи. Должно быть, он отстал от остальных, опьянённый внезапной свободой, которую решил употребить на грабежи. Дождавшись, когда тот скроется за углом, я снял покров Тени. Необходимо экономить запас магии для важного случая. И этот случай не заставил себя долго ждать.
— Так, так, так. Что тут у нас? — раздалось позади меня.
Резко развернувшись, я столкнулся лицом к лицу с воином, внезапно вынырнувшим из темноты. Не повезло… Вот что бывает, когда расслабляешься. Избегая одной неудачи, не успеваешь моргнуть, как встречаешься с другой. Закон подлости ночных подворотен.
— Далеко собрался? Город захвачен. Впрочем, можешь попытаться сбежать. Так будет даже интереснее…
Хищно улыбнувшись, противник сделал шаг вперёд, доставая из-за пояса топоры. Я не двинулся с места, наблюдая за его отточенными движениями. Язык не поворачивался отпускать скабрёзные шутки в его адрес. Плавная, практически бесшумная поступь. Отличная физическая форма. Твёрдый взгляд. Всё это не оставляло и шансов в прямом столкновении, что невольно вызывало если не уважение, то безотчётный страх. Рискованно открывать ему спину, в надежде, что он не ударит в неё. Нужно действовать аккуратно… Подобрать момент. Спешка лишь погубит.
— Не даёшь дёру? Достойно принимаешь смерть! В таком случае…
В ТЕМНОТЕ ОН ОРИЕНТИРУЕТСЯ ХУЖЕ ТЕБЯ.
— Заткнитесь! — не выдержал я, срываясь на крик. — От вашей болтовни голова кругом. Я сам разберусь, что мне делать!
Противник застыл, осматриваясь по сторонам. Он выглядел озадаченным.
— С кем это ты разговариваешь, полоумный?
Не успел я ответить, как услышал позади себя смех:
— Со мной, видать! Только я ничего не говорил. Мальчишка со страху с ума сходит. Ну, ничего, это мы сейчас исправим. Страх, он ведь из головы идёт! Нет головы — нет страха!
Второй воин, вынырнувший с другого конца улицы, был от меня дальше, чем первый. Его явно забавляло мучить своих жертв, выказывая безудержное превосходство не только в силе, но и в количестве. И дураку ясно, что если я не мог справиться с одним противником, то от двух у меня должны поджилки трястись, как у курицы на закланье. В некотором роде так и было — я был для них не осмысленнее скота. Другой народ, всё равно что не человек. И правило это, к сожалению, работало в обе стороны. Я был почти уверен, что окажись на их месте Стража, а вместо меня — один из них, то разговоры не поменяли бы свой контекст. Слова, возможно, были бы другие, но вот контекст… Он бы наверняка сохранил эмоциональный окрас.