Отведя взгляд, я осмотрелся, выхватывая больше подробностей интерьера.
— Чудак ты, Демиан. Тебя больше интересует имя, чем-то, как здесь оказался? — нимфа поднялась с кровати с прирождённой грациозностью, никак не вязавшейся с характером профессии. В её движениях была чарующая плавность, которую не ожидаешь от Спального квартала. Создавалось впечатление, что девушке не очень соответствовала окружающая обстановка. Глаз цеплялся за ярко-розовые стены, кричащие кружевные занавески, восковые свечи вызывающей формы… Казалось, что комнату старательно пытались расположить на грани милоты и сексуальности. Вокруг царил налёт пошлости, никак не возбуждавший желания здесь остаться. В темноте наверняка на это меньше обращали внимания, но при свете дня было тяжело не замечать неуёмности интерьера.
— Как я здесь оказался?
Нимфа заботливо поправила свёрнутое одеяло. Затем шире распахнула занавески, впуская свежий утренний воздух сквозь ставни. Аромат испарялся, растворяя образы прошлой ночи.
— Рухнул без сознания прямо у моего порога. Дыхание учащённое, пульс колотится как бешеный, пока не замедлился до, — тут она понизила голос, — смертельных значений. Я до жути перепугалась за тебя, Демиан! Теперь тебе необходим покой. Отлежись, приходи в себя, сколько потребуется.
В её голосе послышался мягкий укор. Я вспомнил о больной матушке. Представил встревоженную Аделаиду. В области сердца привычно кольнуло.
— Подскажите, а вы… Как я могу к вам обращаться? — задал вопрос, избавляясь от хрипа в горле.
Незнакомка мягко улыбнулась, отмечая мои манеры. Наверняка в стенах этого дома к ней нечасто обращались с таким почтением. Не то что раньше, подсказывало мне…
— Меня зовут Розамунда, но можно просто — Рози. И можешь обращаться ко мне на ты.
Кивнув, я продолжил, подбирая слова.
— Розамунда, понимаете… То есть, конечно, Рози … Понимаешь, мне нельзя здесь оставаться. Я сильно спешу.
Подняться не вышло. Нимфа требовательно положила руку мне на плечо. Жест этот был преисполнен твёрдости, которая совсем не вязалась с высоким голосом и изящной натурой. Сдвинутые брови возвышались над непроницаемым взглядом.
— Подождут, — заверила Рози, наполняя меня пульсирующим теплом из ладони. — Тебе не хватит сил даже улицу пересечь, не то, что домой вернуться. Сначала я приготовлю тонизирующий чай и подлечу раны. Не волнуйся, это не займёт много времени.
***
— Что ты там такого увидел, Старшой? На тебе лица нет…
Вивиан закрыла дверь на кухню, не впуская даже Кассандру. Они были только вдвоём. Сделав глоток холодной воды, Старшой прочистил горло и махнул рукой, указывая на стул.
— Тебе лучше присесть, Вивиан.
— Смеёшься? Не заставляй меня вытягивать из тебя по слову. Выкладывай, что там произошло?
Старшой кивнул, а затем последовал своему же совету — отодвинул стул. С тяжёлым вздохом он опустился. Голова после случившегося шла кругом, ему требовался отдых.
Вивиан была единственной среди всей шайки, кто могла так фривольно с ним обращаться. Ей он прощал многое. Было ли дело во взрывном характере, умелом владении магией Воздуха или, чего скрывать, личном предпочтении, он и сам не знал. Просто спокойно относился к её выходкам, какими бы экстравагантными они ни были. Вот и сейчас, тот понимал, что она позволяет себе лишнего. Например, грозит ему кулаком.
— Дай немного отдышаться. Не каждый день приходится бежать с десяток километров. Нам повезло вернуть Фрола, а это уже большая удача. Надеюсь, что с Демианом также всё в порядке.
— Откуда такая уверенность, Старшой? Ты видел тех Стражей. Они с лёгкостью перебили бы нас, не доведись твоему трюку сработать. Уж я-то знаю…
— Тебе доводилось сражаться с ними? — напрягся Старшой, пристально всматриваясь в блуждающий взгляд Вивиан.
— Нет, конечно, нет! Выжила бы я после такого, скажи мне? — огрызнулась та, как загнанный в угол зверёк.
Старшой осушил стакан воды, вытирая мокрые губы ладонью. Он чувствовал, что Вивиан что-то скрывает, но не придал этому большого значения. В конце концов, у всех свои скелеты. И у Демиана полагал Старшой, их поболее многих.