Спутанные волосы, взмокшие от бега, развевались на ветру: Вивиан злилась. И злость была ей к лицу: вспыхнувшие огнём щёчки, горящий взор, вздымающаяся грудь.
Вивиан стояла совсем рядом, сверля меня взглядом.
— Предлагаю реванш! — крикнула она. — И я не отстану, пока ты не согласишься.
Восстановив дыхание, я не мог в это поверить. Усталости в ней как ни бывало. Она порывалась в бой, будто одно поражение ещё ничего не значило.
Напротив, её это лишь сильнее распаляло!
— Брось, Вивиан, — взмолился я. — Признай поражение. Я выиграл спор, а значит, вправе делать всё, что пожелаю. И кстати, ты так и не сказала, какая награда полагается мне.
— А ты и не спрашивал. Теперь поздно ворон считать — они улетели.
От возмущения у меня вновь перехватило дыхание.
Ну надо же, какая наглость… Провела?
— Но мы можем организовать новый спор! — не унималась Вивиан.
— Ни в коем случае. Мои ноги второй раз такого не выдержат. Только если… Не уверен, что это хорошая идея.
В голове созрел хитрый план, как обвести её вокруг пальца.
Но не слишком ли это жестоко? Нет… Заслуженно!
— Какая идея? Что-то придумал? — встрепенулась она.
— Вряд ли ты на это согласишься. К тому же если проиграешь, то свяжешь себя клятвой исполнить любое моё желание. Любое.
Вивиан ненадолго задумалась, опустив взгляд. Состязательный дух боролся с ней со здравым смыслом. Впрочем, борьба продлилась недолго. Не прошло и минуты, а девушка вскинула голову: во взгляде читалась решимость.
— Надеюсь, ты меня не разочаруешь!
***
Но сначала надо восстановить силы.
Рынок кипел жизнью. Сотни людей слонялись вокруг, перекидываясь монетами, пустыми разговорами, меткими фразами, призванными сбить цену с уникального, первого и единственного в своём роде не нуждающемся ни в купце, ни в покупателе, товара. Протискиваясь сквозь толпу, мы с Вивиан то и дело задевали друг друга плечами, пока не наставили ссадин. Людской поток отталкивал вбок, прижимая к лавчонкам торговцев.
— Так ты с девушкой обращаешься, Демиан?
— А куда ты лезешь? Видишь, я здесь стою.
— Не заметила, что ты на моё место встал.
— С чего оно твоё, если я первее здесь оказался?
Рассмеявшись мне прямо в лицо, Вивиан скрылась в толпе.
Ну что за непутёвая девчонка! Со свету изжить меня хочет, не иначе. Вот и прилетает то локтем, то коленом… Будто специально. И куда же она запропастилась? Крутя головой вправо-влево, я пытался выхватить знакомый силуэт посреди Ярмарочной площади. Но на глаза мне попадались лишь навязчивые торговцы, суетливые хозяйки с плетёными корзинками, да прогуливающиеся зеваки. Наконец, вдалеке я разглядел узнаваемые иссиня-чёрные волосы, мелькнувшие возле одной из лавок. Бочком протискиваясь сквозь толпу, я лавировал из стороны в сторону, пока не догнал девушку. Дёрнув за плечо, к своему удивлению, обнаружил, что мы не знакомы. Это открытие поразило меня не меньше, чем её. Поспешно извинившись, я попятился, невольно натыкаясь на кого-то. Раздался гневный крик:
— Смотри, куда прёшь, идиот!
— Простите, я…
— Демиан?!
— Аделаида?!
Мы стояли друг напротив друга, будто и не подозревая, что могли здесь встретиться. Разумеется, встретиться на рынке небольшого города, — вероятность не стопроцентная, но и не близится к нулю. Просто это произошло так внезапно, что мы оба растерялись…
Заметив в руках Аделаиды плетёную корзинку, я сразу понял, что к чему. Наполовину заполненная, корзинка вмещала в себя пару картофелин, репчатый лук да кусок засохшей моркови. Такого запаса едва ли хватит на полноценный ужин. Тем более для троих.
Под ложечкой засосало. Я резко вспомнил, что не завтракал, не обедал, и теперь не рассчитывал на ужин. Главное, чтобы сестра с матушкой хоть немного утолили голод.
Сглотнув, я натужно улыбнулся Аделаиде.
— За продуктами?
— Как видишь, — кивнула она, а затем спросила. — А ты что здесь делаешь?
Но не успел я придумать ответ, как на плечо мне опустилась рука Вивиан.
— Что тут у нас? Демиан, познакомишь?
Аделаида сверкнула взглядом в сторону Вивиан, и я почувствовал нараставшее напряжение в воздухе. Сестре она сразу не понравилась. Достаточно было секунды, чтобы это понять. По взгляду, интонации, ну и, конечно же, зажатой позе сплетённых на груди рук.