— Жалко портить такое милое личико, не развлёкшись с ним пару ночей! Да и телом совсем недурна… Молодая, упругая… Будь у нас больше времени, мы бы с тобой хорошо провели сегодняшнюю ночь… Но ничего не поделаешь! — ухмылялся тот, словно оправдываясь в необходимости спешки. — Долг зовёт, понимаешь? Но ты должна быть мне благодарна! Сегодня умрут все, но ты — лёгкой, безболезненной смертью. Не изверг же я, в самом деле.
Кашляющий смех вновь пролетел над сгорбленными фигурами, разносясь по церковному залу. Воин схватил Вивиан за волосы, всматриваясь в её лицо. Сощурившись, он поднял топор.
Как не пытался, я не мог воспользоваться силой Тени. Я даже запросил долг, мысленно взывая к голосу, но ответом мне служила тишина. Мне больше никто не отвечал. Похоже, лимит исчерпан,
— Отпусти её, подонок! — вырвался из меня сдавленный хрип. — Только попробуй что-то ей сделать…
В удивлении повернув голову, подонок гадко улыбнулся. Наше сопротивление казалось ему забавным. Так, ребёнок смотрит на лягушку, которую собирается препарировать. Любознательная жестокость. Безгрешная в своей наивности.
— И что же ты мне сделаешь, сосунок? Ногу обоссышь?
— А вот убери эту чёрную дрянь с меня и посмотришь! Или боишься, что сосунок тебя всухую отделает?
Широкий оскал выступил на лице. Он засмеялся, перемежёвывая смех кашлем.
— Чёртова простуда! Климат у вас тут непривычный, тем более, когда неделями отсиживаешься в засаде! — откашлявшись, воин взглянул на меня с нескрываемой иронией. — На слабо меня взять вздумал? Щенок. Я тебе не дворовая шлюха, чтобы юбку задирать каждому, кто предложит.
Потеряв ко мне всякий интерес, воин потянул Вивиан за волосы. Подняв над собой топор, замахнулся. Лезвие блеснуло рядом с иссиня-чёрными волосами.
— Последние слова? — спросил палач, вслушиваясь в приглушённое дыхание.
Её губы задвигались. Воин наклонился ближе, силясь расслышать, но тотчас отпал назад — на его лице отпечатался шлепок сплюнутой крови. Вивиан раскрыла рот в ухмылке, держа хищный оскал. По ней никак нельзя было сказать, что она жертва. Такое поведение сбивало с толку. Я бы засмеялся, если бы не знал, что эта шутка станет для неё последней.
— Ах ты, мелкая тварь! — взревел противник, взмахивая топором.
В руку неожиданно прилетела жестяная банка, с грохотом рассыпаясь сотней гвоздей на мраморном полу. Безумный взгляд разрезал пространство. Виной всему оказался Фред. Продолжая лежать, он вытягивал вверх руку, в которой до недавнего момента была зажата жестяная банка. Чёрная материя обступала его со всех сторон, но запястье поднятой руки было не тронутым.
— Ты как пошевелиться сумел, мелкий ублюдок?!
— Разозлился, — спокойно ответил Фред.
— С ним такое бывает, — буркнул себе под нос Лерой, расплываясь в ухмылке. — Его не удержишь. Взрывной характер…
Воин выходил из себя. Дыхание участилось, а глазки: чёрные бусинки, бешено забегали.
— Повезло, что промахнулся. Так бы не отделался лёгкой смертью… Я содрал бы тебе кожу живьём сотней порезов, отрубая по кусочку с бьющегося в агонии тела. Опыта в пытках у меня на всех твоих друзей хватит, так что без фокусов.
Воин вновь занёс топор. Блеск металла отразился на окровавленном лице Вивиан. Я судорожно сглотнул, чувствуя, что мне становится хуже. Внизу живота выступал резкий холод. Меня мутило, но несмотря на это, я не мог отвести глаз.
— А я не промахнулся.
Разбросанные гвозди взмыли в воздух. Просвистев, градом посыпались на смятенного противника, вышибая из его рук топор. Чёрное пламя дёрнулось. Прикладывая неимоверные усилия, удалось подняться. Пошатываясь, я подошёл к Вивиан, замечая возле неё тот самый топор. Он оказался очень тяжёлым, почти неподъёмным. Запястье пронзило болью. В последний миг, когда воин развернулся к Вивиан, открывая передо мной разгневанное лицо, я знал, что другого пути нет. Моя рука опустилась под тяжестью металла, сминая череп противника. Раздался хлюпающий звук. Обмякшее тело с грохотом рухнуло на мраморный пол. Ещё один океан крови, но на этот раз, значительно больше предыдущего.
— К выходу, Демиан! — взорвался в правом ухе голос Фрола.
Подняв Вивиан, он схватил меня за руку, утягивая вперёд. Шайка уже была на ногах, пробираясь к входной двери. Вокруг вспыхивали заряды Света и Тьмы: битва Командира со вторженцами была в самом разгаре. В воздухе стоял звон ударов.