Сэт докатил тележку до самой загородки, а затем медленно спустился по трем узким ступенькам, которые Икбал присоединил к передней части машины после того, как Далия рассказала о травматичном падении, случившемся с ним во время атаки на поисковый отряд.
– Как там лодка? – спросила Ада. Свернувшись калачиком, она лежала на одеяле, накрывшись сверху еще одним, чтобы удержать тепло.
– Неплохо, – ответил Сэт, перебираясь на собственное одеяло. – Думаю, через несколько дней все будет готово.
– Здорово.
Сэт удивился, не услышав приветствия Далии. – Она спит? – тихо спросил он.
– Да, – подтвердила Ада.
– Тогда постарайся ее не будить. Я хочу поговорить с тобой наедине.
Ада ничего не ответила, но Сэт воспринял ее молчание как признак согласия.
– Я придумаю, как вернуть нас домой, – пообещал он. – Понимаю, когда Далия узнает правду, вам с ней придется нелегко. Но я уже рассказывал тебе, как моя сестра чуть не прикончила свою поперечницу? В итоге они с этим справились. Ты удивишься, насколько снисходительными могут быть люди, когда им приходится жить бок о бок.
– Я знаю, ты хочешь, как лучше, – сказала ему Ада. – Но ты должен понять, что изменить это не в твоих силах.
Сэт хотел что-то сказать в ответ, но лицо Ады предостерегающе напряглось.
– Привет, Сэт, – сонным голосом произнесла Далия. – В чем дело?
– Я ходил посмотреть на лодку, – ответил он. – Она очень красивая. Я бы хотел, чтобы при следующей возможности ты поблагодарила рабочих от моего имени.
– Хорошо.
Сэт проснулся оттого, что в его голове раздался голос Тео.
– Нам нужно попробовать что-нибудь другое.
Он открыл глаза, щурясь от сияния провала. – Что, например?
– Ты, похоже, готов рискнуть всем, чтобы помочь Аде, – сказал Тео. – Мое предложение тоже сопряжено с некоторым риском, но он куда меньше.
– Я пытаюсь помочь и Аде, и Далии, – раздраженно ответил Сэт. – Почему бы тебе сначала не рассказать, в чем именно заключается твой план, и уже после мы обсудим относительные степени риска?
– Я хочу, чтобы ты поднес один из северных пальцев правой руки к моему правому сонару и как можно сильнее надавил на его край.
Сэт оглядел загородку, проверяя, не проснулась ли Ада, но та неподвижно лежала, свернувшись калачиком на своей подстилке. – С какой стати мне это делать? Если мы собираемся инсценировать драку, нам потребуютс зрители, разве нет?
– Я не хочу ничего инсценировать, – настоятельно заметил Тео. – Я хочу, чтобы ты разорвал шов.
– Ты что, рехнулся? – Сэт потер глаза. – Немного крови меня не пугает, но это уже просто бред. – Шевельнув рукой, он запоздало понял, что ни один из сонаров Тео сейчас не работал; он поддерживал обе мембраны в неподвижном и напряженном состоянии, приняв ту же защитную конфигурацию, которой бы воспользовался в случае настоящей атаки.
– Мы должны показать Далии возможные варианты.
– Далии? – Сэт был в замешательстве. – Это Аду нужно убедить в возможности примирения.
– Но именно Далия получает то, чего хочет, – возразил Тео. – Так что мы должны показать, что ее пожелания можно удовлетворить и другим способом.
Сэт, наконец-то, начал понимать, к чему клонит Тео. – Нет, нет, нет. Мы не можем так с ней поступить!
– Это не наше решение, – сказал Тео. – Просто покажи ей и позволь решать самой. Я говорил тебе, она не ребенок.
Сэт почувствовал приступ тошноты. – Показать ей что? Даже если мне удастся выудить тебя наружу, что дальше? Я могу резать себя, чтобы ты получал пропитание, но в чем тогда смысл? Если не считать того факта, что мы наполовину ослепим друг друга, тебе все равно придется выживать за счет ходока.
– Говорят, бывает и по-другому, – неуверенно возразил Тео. – Когда умирает ходок, и поперечника разлучают с его телом, родственники ходока иногда пускают себе кровь, а иногда просто пережевывают пищу, а затем скармливают ее поперечнику. Такое под силу любому южанцу – а в обмен на волшебное оружие, которое обеспечит защиту от неприятеля, они вряд ли станут обижаться на нее за подобные неудобства.
– Она будет голой и лишится светового зрения, – сказал в ответ Сэт. – Уверен, что понимаешь, каково ей придется?
– Нет, – ответил Тео. – Но готов это выяснить.
– А когда ты снова окажешься у меня в голове, что тогда? – Как быстро регнерируют разорванные связи, обеспечивавшие совместное зрение и внутреннюю речь?
– Не знаю, – признался Тео. – Мы не настолько молоды, чтобы связь точно восстановилась сама по себе, как случилось с Линн и Патрицией, но должен же как-то сыграть тот факт, что в нашем случае связь будет не новой, а той же самой.