— Да. — Игнорировать этого умелого хакера себе дороже, да и было интересно, что он придумал.
— Как дела, Ангелина?
— Если честно, то дерьмово.
— Может я могу помочь тебе?
— как?
— Я могу напоить тебя вкусным кофе, это поднимет тебе настроение. Потом при виде меня у тебя сильно разыграется аппетит, и я куплю тебе чего-нибудь вкусного. — у него магический голос, который успокаивает. Он струится так плавно и ласково, что я даже забываю о мерзком Якудове.
— У меня работы по горло. Не знаю, смогу ли сбежать.
— Брат не дает проходу?
— Нет, меня сегодня перебросили к другому следователю, мерзкому человечишке. — меня очень подмывало сказать ему, что его брат не пришел на работу и его сняли с дела, но я не стала.
— Это же хорошая новость!
— Почему? — я даже немного растерялась и замерла.
— Зачем мне конкурент? — рассмеялся Веня на той стороне трубки. — А вообще, я настаиваю, я сейчас стою у здания милиции с кофе и жду тебя.
Сначала я ему даже не поверила, но все равно поспешила во двор, чтобы проверить, правда ли это. У входа стоял здоровый BMW, рядом с которым стоял Красавчик с двумя стаканчиками, на которых красовался логотип «Starbucks», он напоминал модель из журнала. В неформальной одежде, чиносах и футболке, Веня был похож на студента, неформальный и простой. Он был очень спортивный, даже несмотря на то, что он айтишник. И он был очень похож на Дика, всем, от стиля одежды до внешности.
Видимо Вениамин — очень успешен в своем деле и хорошо зарабатывает. Наверное, он помогает своему младшему брату, поэтому у Дика такая машина и квартира.
— Что ты тут делаешь?
— Организовываю свидание. — он протягивает мне кофе. — Белые брюки — огонь!
— Спасибо. — я отпиваю кофе и даже издаю стон от удовольствия. Вкуснейший капучино. — К чему такой резкий интерес к моей персоне?
— К тому, что у тебя красивые глаза и попа, про грудь я молчу.
— Ты такой же как Дик! — смеюсь я.
— Я и есть Дик. — он так сексуально улыбается, что мне становится нехорошо. Разве можно соблазнять улыбкой. Улыбаюсь в ответ, не зная, что ответить на это, греюсь в лучах его комплиментов.
— Майорова, я о чем тебя просил? — Якудову видимо было мало своих излияний в кабинете, он решил меня доконать. Он стоял у самого входа с сигаретой и зажигалкой, и смотрел на меня, как на девочку по вызову.
Улыбчивое лицо Вени приобрело хищное выражение, он сощурился и желваки на его лице напряжённо заиграли.
— Игорь, я не собираюсь от руки писать отчёт, с которым ты и так можешь ознакомиться. — я сжала стакан, отворачиваясь от него и глядя на Дика, делая выдох. — Не обращай внимание, местный идиот.
Якудову стоило оставить меня в покое, угомониться, но он никак не хотел отступать. Ему почему-то хотелось меня растоптать, сделать мою жизнь отвратительной.
— Майорова, если ты умеешь работать только жопой, то уходи и не мешай другим работать. — он шёл к нам все ближе, сокращая расстояние, заставляя меня краснеть перед Веней, который видел меня всего второй раз в день. И не давала ему покоя моя жопа. — Я не буду с тобой нянчиться.
— Если ты сейчас не закроешь свой рот, то тебе нечем будет жевать. — Веня приобрёл очень грозный вид. Якудов даже остановился, потому что хакер выпрямился, демонстрируя ширину своей спины.
Я положила руку ему на грудь, даже не замечая этого, потому что испугалась, что они могут подраться. Весь вид Вениамина кричал, что он переломает сейчас все кости моему новому напарнику.
— У тебя осталось десять минут, иначе ты вылетишь отсюда.
Он испугался, потому что его зрачки резко расширились и участилось дыхание, ввязываться в драку с мужчиной, который больше его, ему видимо совсем не хотелось. Но меня оставлять он никак не собирался.
— не тебе решать, Игоряш. Что ж ты развонялся так, как говно. Воняешь так, что сил нет.
Я даже зажмурилась и почти прижалась к Вене, потому что этот знакомый голос вызвал во мне теплую волну от кончиков пальцев на ногах к голове. Даже волосы на голове зашевелились.
У Дика была суперспособность — появляться из ниоткуда. Он еле стоял на ногах в чёрных коротких брюках и белой футболке, от него несло алкоголем на расстоянии двух метров. Он был пьян. Его шатало.
При виде его в таком состоянии мне стало неуютно и даже страшно.
Дик подошёл к Якудову и понюхал его, как собака, после чего закашлялся и наблевал ему на ноги. Я невольно отвернулась, чтобы не смотреть на это, иначе и меня бы стошнило. Сердце колотилось, как бешеное. Казалось, что сейчас у меня сломаются ребра.
Лицо Вени было напряжённым и раздражённым, видимо ему смотреть на брата в таком состоянии не хотелось тоже. Он сжал мою руку на его груди, которая так и покоилась там, слишком интимный жест.