— Ты доверяешь мне, милая? — шепчу я.
— Да. — Пауза. — Я доверяю. — Ее кожа вспыхивает прекрасным розовым оттенком.
Мои мышцы напрягаются в готовности.
— Раздвинь ноги.
Я сбрасываю полотенце и провожу рукой по ее теплому телу.
— Расслабься.
Я снова целую, покусывая ее плечо зубами.
— Вот это моя девочка.
Протягиваю руку и ввожу в нее два пальца.
Ее губки уже распухли и мокрые.
С рычанием я нащупываю ее тайное местечко.
Большим пальцем касаюсь клитора, и задаю устойчивый ритм, ее тело покачивается под моей рукой.
Бля, она уже рвется к оргазму.
Тот, который мне нужно объявить своим.
Я вытаскиваю пальцы и подношу их к ее рту.
Она с силой сосет их.
— Хорошая девочка.
Я наклоняю ее подбородок и целую, проникая языком, оставляя засосы на губах.
Отступаю назад и провожу взглядом по сочному телу.
Боже, она прекрасна.
— Сейчас я накажу тебя, Кэтрин. Тебя нужно наказать, не так ли?
Она быстро втягивает воздух.
— Накажите меня, пожалуйста, сэр.
— Напомни мне свое стоп-слово.
— Уэльс, сэр.
Я беру деревянный паддл, который купил вчера, когда мы были в городе. Затем обхватываю ее левую грудь свободной рукой и сжимаю. Держу паддл перед ней.
— Смотри на это.
Кэтрин сглатывает, но делает, как я прошу, ее глаза широко раскрыты.
С волчьей улыбкой я провожу паддлом по ее телу, а потом направлю его между ее ног.
Она хнычет, и ее колени немного подгибаются.
Я целую пульс у основания ее шеи.
— Ты готова?
— Я так думаю. — Ее голос колеблется.
— Держись за спинку кровати, Кэтрин и отвернись.
Дрожа, она подчиняется.
Я опускаю паддл, рассекая воздух со свистом.
Звук проносится по комнате.
Она визжит.
— Вы меня не били, сэр.
— Предвкушение, моя дорогая. Предвкушение увеличивает удовольствие.
Она выдыхает.
— Следующий звук, который ты услышишь, будет шлепком дерева о твою кожу.
Кэтрин снова шипит.
— Ты напряжена, милая. Я хочу, чтобы ты расслабилась и дождалась удара.
Она медленно вдыхает и выдыхает.
— Я постараюсь, сэр.
Я отхожу, а затем обрушиваюсь паддл на ее задницу.
Удар!
Она кричит, и ее тело дергается напротив столбика.
Я широко расставляю ноги и замахиваюсь, чтобы нанести еще один удар. На этот раз жестче.
Удар!
Она издает визг.
— Еще? — Я провожу рукой по горящей коже и поддерживаю Кэтрин.
— О да, сэр. Пожалуйста! — Она решительно кивает.
Удар!
— Мне нужно, чтобы ты полностью отдалась боли. Не борись с этим.
— Да сэр. — Она выпускает сдерживаемый вздох.
Я массирую ее ягодицы движениями вперед-назад снова и снова.
Я не отношусь к Кэтрин снисходительно, обрушивая удар за ударом на персиково-белую кожу.
Ее задница вздрагивает и становится розовой, а затем расцветает глубоким темным румянцем.
Я внимательно слежу, нанося наказание, замечая каждое подергивание, вздрагивание и стон, стараясь не вывести Кэт за пределы ее уровня терпимости.
Наконец, она громко всхлипывает, почти плачет.
— Все, — рычу я.
Бросаю паддл и становлюсь на колени. Моя борода прижимается к ее разгоряченной заднице, руки нежно ласкают ее тело.
Ее задница такая красная и красивая.
Я говорю об этом.
Мое сердце сильно бьется в груди. Я раздвигаю ягодицы и провожу языком по тугому краю ануса.
Она извивается.
— Оу…
— Дыши. — Я уже на ногах, голос командирский.
— М-м-м…
В воздухе витает мускусный аромат ее возбуждения.
— Дыши, — говорю я снова. — Я просто проверю детей.
Я целую ее и подхожу к окну. Глеб усадил Бена и Бекку с удочками в руках, но их внимание может скоро рассеяться, и они захотят вернуться внутрь.
— Все в порядке, — говорю я, помогая Кэтрин лечь в постель. Она дрожит, поэтому я ложусь лицом к ней и согреваю ее своим телом.
Переворачиваю ее на живот и осматриваю попку. Медленно и нежно массирую ее, облегчая боль в теле.
Мое дыхание становится глубже, и я крепко притягиваю ее к себе, снова поворачивая так, что мягкость ее груди прижимается к моей груди. Она трется ей об меня.
— Трахни меня, пожалуйста, Дэниел, — шепчет она.
Я вовлекаю ее в поцелуй. Наши языки переплетаются друг с другом, кружатся в танце, старом как мир.
Я наклоняюсь и беру в рот тугой сосок, кусаю его, а потом набрасываюсь с поцелуем на шею.
Мои нервные окончания покалывают, и я накрываю ее своим телом.
Кэтрин извивается подо мной, ее ногти впиваются мне в поясницу.
— О, боже, — стону я, отстраняясь и опираясь на руки. — Спасибо, черт возьми, что ты здесь. Спасибо, блядь, что приехала и нашла меня. Я был потерян без тебя.
— Я тоже была потеряна без тебя.
Кэтрин смотрит мне в глаза. Затем прижимает руку к моему сердцу и улыбается так красиво, что у меня перехватывает дыхание.
Я опускаюсь и вонзаюсь в нее глубокими карающими ударами.
Кэтрин выгибает спину, и я протягиваю руку между нами. Тру ее клитор, мой член так глубоко внутри, что я чувствую, как он достает до матки.
Я сосу и покусываю ее кожу.
— Да, детка, да.
Ее сиськи подпрыгивают на моей груди, пока я вбиваю в нее член, вращая его внутри.
Кэтрин стонет мое имя, и я чувствую, как ее киска сжимает мой член, как тиски.
С серией вздохов она достигает кульминации, ее лицо такое красивое, что я сбиваюсь с ритма.
Я прижимаю ее к себе, целую в лоб, нос, рот.
— Мое сердце было разбито до того, как ты появилась в моей жизни. Ты снова собрала его вместе. Я так люблю тебя, Кэтрин. Я хочу, чтобы мы были настоящей семьей. — Я смотрю в ее глаза. — Выходи за меня замуж, дорогая. Будь матерью моих детей.
Она смотрит на меня.
— О, боже, да.
От радости в ее голосе комок подступает к горлу.
— Только одна вещь. — Она мягко улыбается. — Это не условие. Больше похоже на просьбу.
— Спроси, любовь моя.
— Могу я привезти из Уэльса Тоби?
Затем она хихикает, глубокий гортанный смешок, от которого мой член снова становится твердым.
Я переворачиваю ее, так что она лежит на мне, и целую ее, готовясь ко второму раунду.
Внезапно из коридора снаружи раздаются бегущие шаги.
Блядь!
— Мама, — зовет Бекка. — Где ты?
— Мы поймали рыбу, — присоединяется Бен. — Дядя Глеб приготовит нам ее на обед.
Кэтрин смотрит на меня.
— Ты уверен, что хочешь еще детей? — Улыбается она.
Я похлопываю Кэт по заднице и скатываю ее с себя.
— Не могу дождаться.