Марк наклонился вперед.
― Вы сожалеете, что отказались от своего внука? Позволили Эмили отдать его на усыновление?
Хэлстон Фэрбенкс сжал губы.
― Я действовал поспешно, руководствуясь эгоистическими мотивами. Я… не думаю, что он когда-нибудь станет одним из нас, но самое меньшее, что я могу ему дать ― это его фамилию. Согласится ли он принять её или нет ― решать только ему. Какая она у него сейчас ― Бартон или Дрисколл?
― У него нет фамилии. Только имя ― Лукас. Он очень долго был совсем один.
Холстон сцепил пальцы и пробормотал проклятие себе под нос.
― Вместе с фамилией вы сможете найти в себе силы дать ему ещё и дом?
Холстон Фэрбенкс поднял глаза, в которых отчетливо отражалось удивление и лёгкое замешательство.
― Дом? Зачем? Я был уверен, что у него уже есть дом.
― Он жил в хижине, но она принадлежала Исааку Дрисколлу, а теперь перешла по наследству его сестре, которая категорически отказывается разрешить Лукасу оставаться там.
― Понимаю. ― Холстон сжал губы, глядя Марку прямо в глаза. Несколько секунд он молчал, а затем добавил: ― Если мальчик согласится, у него есть дом здесь, в «Торнленде».
Глава тридцать третья
Джек
Рядом с домом Дрисколла машины не было, а значит, и самого Дрисколла тоже. Несколько минут Джек наблюдал за домом, стараясь заметить движение в одном из пыльных окон, затем, щурясь от яркого света, пристально посмотрел на деревья. Он искал крошечную вспышку того, что не принадлежало этому месту, но ничего не нашёл. Однако день был пасмурный и облачный, и Джек не был уверен, что сможет разглядеть камеру.
«Придется рискнуть».
Последние несколько дней Джек обдумывал то, что сказала ему рыжеволосая женщина, а так же то, что она заставила его почувствовать, и вопросы, которые породила в его голове. Он чувствовал ― женщина не лгала, но, не зная мир, не мог разобраться, что к чему. Тем не менее, он нутром чувствовал, что все пути ведут к Дрисколлу.
Исаак Дрисколл был единственным, кто давал информацию Джеку. Дрисколл был единственным, кто объяснял, что происходит в мире за пределами леса: что безопасно, что нет, и от кого и чего следует держаться подальше. Он дал Джеку убежище, огонь, так что Джеку не нужно было уходить.
«Но что, если Исаак Дрисколл сошёл с ума?»
«Что, если он лжёт?»
«Но зачем ему это?»
Джек не мог понять причину, поэтому ему начало казаться, что это он сходит с ума. Но шёпот внутри подсказывал ― это не так.
Джек даже подумывал отправиться в город, в далекую даль, сколько бы дней или недель это ни заняло. Его старый страх перед врагом, убивающим детей, теперь отступил. Он больше не был ребёнком. Он был мужчиной. Его тело было жестким и мускулистым. Он знал, как пользоваться оружием. Он умел драться. Он мог бы убить, если бы захотел.
Всякий раз, думая об этом раньше, он всегда себя отговаривал. Несмотря на одиночество, Джек обрёл некий покой в своей жизни. Он словно не мог найти подходящих, достойных причин, чтобы потерять то немного, что у него было, уйти от всего привычного… на войну. Джек все еще боролся за выживание, потому что в природе не было ничего, на что можно было всегда рассчитывать, но он научился готовиться к зимам так хорошо, насколько мог, и он был хозяином своего маленького мира. Так зачем рисковать?
Но сейчас…
Теперь всё изменилось, и Джек должен был разобраться.
Он быстро переходил от одного дерева к другому, осторожно и настороженно, как волк, продолжая искать взглядом камеры или нечто подобное ― чужеродное, неподходящее данному месту. Понаблюдав некоторое время за домом, он надел снегоступы и вышел из леса, словно пришёл что-то обменять. Он не думал, что Дрисколл дома, но предпочёл бы удостовериться, прежде чем вламываться.
В сумке, висевшей у него за спиной, лежала шляпа из мягкого кроличьего меха ― на случай, если Дрисколл дома, Джек скажет, что пришёл обменять её на спички.
Поднимаясь по ступенькам, он шёл боком, не снимая самодельной обуви, чтобы не оставлять следов. Он постучал в дверь, не снимая перчаток. Звук вышел тихим, но не настолько, чтобы Дрисколл не услышал, если был внутри. Джек подождал с минуту и снова постучал. Когда никто не ответил, он дёрнул за ручку, но дверь была заперта. Джек постоял немного, пытаясь придумать способ открыть дверь, не взламывая её. Неуверенно, он осторожно спустился по ступенькам и обошёл дом сбоку, пробуя каждое окно по пути. Второе боковое окно скользнуло вверх, когда он сильно толкнул его.