― Да. У меня не сохранился адрес, но это было его последнее жильё, которое я видела.
― Насколько я понимаю, ваш брат работал волонтером в нескольких социальных службах в этом районе.
― Да, уж. Это давало ему кучу возможностей.
Марк снова откашлялся. Он говорил с несколькими сотрудниками волонтерских агентств, на которые работал Дрисколл, но никто не сказал о нём ничего предосудительного. Он сделал пометку поискать ещё людей, с которыми мог контактировать Дрисколл в качестве добровольца.
― Эта женщина, которая жила по соседству с вашим братом много лет назад, вы можете что-нибудь о ней рассказать?
― Да, её было очень трудно понять. У него был сильный акцент. Она довольно быстро ушла с ребенком, но не настолько быстро, чтобы я не заметила, как Исаак смотрит на мальчика. Я подумывала пойти к ней домой и предупредить, чтобы она держалась от брата подальше, но решила, что люди должны учиться на своих ошибках, понимаете?
И снова Марк был застигнут врасплох.
«Может быть, просто вся семья Дрисколлов немного свихнувшаяся?»
― Хм, да, верно. Но, я звоню по другой причине. Ваш брат владел довольно большим участком земли недалеко от Хелена-Спрингс. Так как вы ― его ближайший родственник, то участок земли перейдёт к вам, но Исаак разрешил молодому человеку оставаться в хижине на его территории.
Она издала негромкий фыркающий звук.
― Да, держу пари, так оно и было.
― Нет никаких доказательств, что он причинял ему вред или совершал над ним насилие. Молодому человеку немного за двадцать. Похоже, Исаак позволил ему остаться там после того, как его бросили родители, и этот парень вырос без какого-либо контакта и связи с обществом.
Жоржетта рассмеялась низким, полным желчи смехом.
― Значит, Исаак вырастил для себя горца? Это так… странно.
― Я не могу сказать, что Исаак оказал сильное влияние на процесс его взросления. Но, как я упомянул ранее, он позволил ему жить в хижине. Когда участок будет передан вам, вы разрешите этому парню задержаться там, пока он не определится, что ему делать дальше? Боюсь, его возможности очень ограничены.
Жоржетта сделала ещё один громкий вдох, и Марк невольно поёжился, искренне сочувствуя её легким.
― Нет, категорически нет. Я не хотела иметь ничего общего со странностями Исаака, когда он был жив, и не имею ни малейшего желания начинать сейчас, когда он мертв. Нет, этому горцу пора уходить. И чем скорее, тем лучше.
Марк вздохнул.
― Если вы передумаете, мэм…
― Нет, не передумаю, ему нужно уйти, и немедленно. Насколько я понимаю, в данный момент, он незаконно находится на моей земле.
__________________________________-
Интернет был полон информации о спартанцах, и последние пятнадцать минут Марк был полностью поглощен исследованиями. После разговора с сестрой Исаака Дрисколла и её почерневшими легкими, ему была просто необходима перезагрузка и своеобразная «чистка», и, как это ни печально, истории о войнах и кровавых бойнях в данный момент казались ему привлекательными, помогающими отвлечься.
Греческая Спарта была воинственным обществом, сосредоточенным вокруг военной службы. По-видимому, эта служба начиналась ещё в младенчестве, когда у детей проверяли здоровье. Затем, когда мальчику исполнялось семь лет, приходили солдаты и забирали его у смотрителя, чье нежное и ласковое влияние считалось отрицательным и нежелательным. Ребенка помещали в своеобразное общежитие с другими мальчиками-солдатами. Затем спартанский ребёнок подвергался суровой физической дисциплине и разнообразным лишениям, чтобы научиться быть сильным, ловким, выносливым и уметь полагаться только на свой ум. В свои двадцать с небольшим лет он должен был пройти тяжёлое испытание и только после этого считался настоящим спартанским солдатом.
Весь подход выглядел очень жестоким. Марк был рад, что не рос в Древней Греции.
Он прочел о сражение при Фермопилах ― военное столкновение с Персами, которые значительно превосходили численностью спартанцев. Он изучил фотографию в интернете, и, как и в первый раз, по его спине пробежала странная, неприятная дрожь. Возможно, это было из-за изображённых на картине лук и стрел ― что, очевидно, нельзя было игнорировать, учитывая оружие, использованное в двух убийствах ― но здесь явно было что-то ещё. Что-то, что пока находилось вне досягаемости для Марка. Важный кусочек головоломки, который бы связал всё вместе.