— Держите, — протянул я ей пистолет рукояткой вперед. Она, моргая, взглянула на него, затем на меня. Вытерев слюну с подбородка, она протянула руку и выхватила пистолет у меня из рук.
— В любом случае, я понятия не имею, как пользоваться этой штукой, — сказал я ей.
После этого она как подкошенная рухнула в кресло. Пистолет она придерживала на коленях, словно это была чашка чая. Вполне вероятно, что о том, как пользоваться этой штукой, она знает не больше меня, но в тот момент я уже был убежден, что Уиттл не объявится.
Он все же не проник в дом. С одной стороны, это было облегчением, а с другой — вызывало разочарование. Раз его здесь нет, генералу не выпадет шанса его пристрелить. Он был нас свободе, а я мечтал о том, как в один прекрасный момент выслежу его.
Чем дольше я нахожусь на месте, тем дальше он от меня.
Эта мысль не давала мне покоя, пока не вернулся генерал.
— Этот субъект, должно быть, нас миновал, — сообщил он
Заметив, что пистолет в руках у Мэйбл, он, тем не менее, не стал поднимать этот вопрос.
— Что нам сейчас следует сделать, — сказал он, — так это разойтись по комнатам. — Двери на всякий случай я запер. Спать я не лягу, а буду патрулировать дом до рассвета. Сара, покажи Тревору комнату для гостей.
— Я, как ни странно, должен идти дальше, — сказал я, — Он где-то там, в ночи, и чем скорее я найду его, тем…
— Чепуха, — перебила Сара.
— Так точно, чепуха, — поддержал ее генерал, — Я не дам тебе болтаться на улице в снегопад.
— Той зимой у нас была Великая Метель, — обратилась ко мне Сара. — Почти четыреста человек отдали Богу душу.
— Сейчас метели нет, но снег валит все сильнее и сильнее. Тебе там не поздоровится, Тревор. Ты от холода в статую превратишься.
Я рассудил, что это верно. Да и теплый дом я покидать совершенно не стремился. Вдобавок не хотелось лишиться общества генерала и Сары. С Мэйбл я бы расстался без сожаления, но эти двое пришлись мне по душе, а кроме того, это были первые друзья, которых я встретил за последний месяц.
Кроме того, мои шансы найти Уиттла нынешней ночью были довольно призрачными.
Генерал забрал маленький пистолет у Мэйбл. Он отдала его без сопротивления. Протянув его мне, он сказал:
— Держи его при себе.
— Есть, сэр!
Сара сняла лампу с каминной полки и позвала меня:
— Пойдем, Тревор.
Я пожелал остальным спокойной ночи. Вместе с Сарой мы покинули гостиную и направились к лестнице.
— А у тебя есть свой дом? — спросила Сара.
— Да, мэм. Не такой как у вас, конечно. У нас с матушкой есть квартира в Лондоне, в Англии.
— Вас только двое?
— Ну еще Агнес, наша служанка.
— У нас тоже есть слуги, — сказала Сара. С легким смешком она добавила: — Они никогда не задерживаются надолго. Бабушка делает их жизнь невыносимой.
Когда мы начали подниматься, она спросила:
— А что с твоим отцом?
— Он был солдатом и погиб при Майванде.
— О, мне так жаль. С твоей матушкой все хорошо, да? Ее не было среди тех, про кого ты говорил, что их убили на судне?
— Она была дома, в полной безопасности, когда я видел ее в последний раз. Так-то я ушел из дома по делу. Просто так вышло, что я оказался на яхте.
— И теперь она не знает, что с тобой случилось?
От этого ее вопроса у меня сдавило горло. Все, что я сумел, так это покивать в ответ.
— Раз так, об этом мы должны с утра позаботиться первым делом. У меня никогда не было детей, но представляю себе, как ужасно, должно быть, чувствует себя твоя матушка.
Я слабо проговорил:
— Спасибо.
Мы зашли в одну из комнат рядом с лестницей.
— Надеюсь, тебе здесь будет уютно. Мы держим ее чистой для внезапных гостей — в основном это дедушкины друзья по Вест-Пойнту[1].
Я увидел большую кровать, и смотрелась она великолепно.
Сара поставила горящую лампу на столик позади кровати и повернулась ко мне.
— Боюсь, что у нас нет подходящей одежды для молодого человека твоих габаритов. Сколько тебе лет?
— Пятнадцать, мэм. Шестнадцать будет в следующем июне.
— Какой ты вежливый, — сказала она. С немного грустной улыбкой она протянула руку и погладила меня по щеке. — Надеюсь, ты не будешь торопиться покинуть нас.
Лицо у меня прямо жаром запылало, когда она его погладила.
— Мне здесь очень нравится, — пробормотал я.
— Спокойной ночи. Добрых снов. Увидимся утром.
— Да, мэм.
— Сара. Пожалуйста, зови меня Сара.
— Сара.
Наклонившись, она ласково поцеловала меня в лоб. Затем она повернулась и оставила меня одного. В коридоре она повернула налево, так что я предположил, что она пошла в свою комнату. Я подскочил к двери и стал наблюдать за ней, в основном чтобы убедиться, что на нее никто не бросится, хоть и был уверен, что Уиттл бродит далеко отсюда где-то во тьме.