Но, когда спрыгнул с последнего выступа на песочно-каменистый берег, он увидел, что девушка на берегу одна. Никаких дерзких парней рядом с ней не наблюдалось.
Она отчего-то сидела на ведре, перевернув его дном вверх. Задрав правую ногу, дула на нее. Без обуви, в закатанных до бедер джинсах. В одной мокрой маечке и почему-то без лифчика. И нафига она сняла его?
Она что, плескалась в воде? Но ее вообще-то за водой посылали! А она тут купальню устроила, еще и орет на всю округу как оголтелая.
Громов рассердился. Когда подошел к ней, уже зло громко прорычал:
— Аня, ты чего орешь-то?!
Смотреть на ее торчащие соски было невыносимо, а грудь была вульгарно облеплена влажной тканью майки.
— Влад, я сейчас умру! — истошно выкрикнула она, поворачиваясь к нему.
Ее лицо было заплаканным, а губы тряслись.
— Что приключилась-то? — уже тише спросил он, видя, что девушка явно не в себе и чем-то напугана.
— Змея! Она меня укусила! Прямо в ногу! Вот сюда. Я умру, да? — верещала Анюта в истерике, боясь прикоснутся к месту укуса и выставляя вперед ногу с обнаженной лодыжкой.
— Какая еще змея?
— Черная и большая! Выползла из кустов и набросилась на меня!
— Так прямо и набросилась? — подозрительно спросил Влад, прищурившись и осматривая песочно-каменистый берег, но не увидел никаких змей. И тут его осенило. — Поди, по кустам шастала и встала на нее случайно?
— Да, так и было! — всхлипнула Аня.
— Дай ногу, посмотрю, — велел он, присаживаясь рядом с ней на корточки.
Ухватив ладонью ее лодыжку, начал внимательно осматривать. Чуть повыше лодыжки на ноге виднелась крошечная ссадина в розовом ореоле.
Аня продолжала всхлипывать и нервно смотрела на мужчину.
— Вот она! — вдруг взвизгнула девушка, указывая куда-то рукой.
Громов быстро перевел взгляд в сторону к кустам и действительно увидел среднего размера ужа, который выполз на солнышко в двух метрах от них. Рептилия замерла, свернувшись клубочком, чуть приподняв голову в стойке, и внимательно смотрела на них.
И Аня испугано прохрипела:
— Мама, она сейчас опять кинется!
— Да это уж! — выдал Громов, поморщившись и понимая, что ее паника напрасна. Перевел взгляд на девушку в тот миг, когда Аня закатила глаза и начала заваливаться набок. Тут же придержал ее за спину, так как она едва не упала, потеряв сознание. Всматриваясь в ее лицо, недовольно пробурчал: — Ты чего? Ань?!
Он быстро поднял ее на руки, видя, что она, запрокинув голову, так и не приходит в себя. Недоуменно сказал:
— Солнечный удар, что ли? Дуреха городская, хоть бы панамку или шляпу какую взяла. Тридцатчик с лишним шпарит с утра.
Торопливо с девушкой на руках направился чуть в сторону. Быстро зашел по пояс в воду, прямо в штанах и сапогах. Здесь у воды была тень, создаваемая свисающими ивами. С размаху окунул Аню в воду, полностью опустив ее в озерцо. Только голова осталась на поверхности.
Зато она сразу же пришла в себя, открыла глаза. Потрясла головой, недоуменно начала озираться по сторонам, не понимая, что происходит. Отчего-то они были в воде, а Влад держал ее на руках.
Видя, что девушке лучше, Громов вышел из озера и посадил Аню на небольшой камень. Она была вся мокрая, по ее телу стекала вода.
«Ну, по крайней мере, теперь ей будет нежарко, пока не высохнет», — подумал Громов, стараясь не смотреть на нее, и начал стягивать с себя мокрую рубаху.
Уже отжимая ее, метнул все же на девушку взгляд. Она тоже пыталась отжать длинный мокрый хвост волос и как-то нервно мотала головой.
— Охолонулась немного? Голова не кружится? — спросил он, снова накидывая на свои обнаженные плечи влажную рубаху.
— Нет.
— Посиди немного здесь, в тени, — велел он, снимая свои короткие сапоги и выливая из них воду.
— Где она? — тихо спросила Анюта, боязливо оглядываясь.
— Кто? Уж? Уполз. Ты ему нафиг не нужна, — отмахнулся он, снова засовывая мокрые ноги в сапоги.