— Смелая ты. Пострадала, опять же. Ладно. Оставайся на ночь, — заявил он и, увидев, как радостно зажглись ее глаза, тут же выдал: — Но завтра чтоб шла покупала билет и туту! Уяснила?
— Да, — кивнула Аня, улыбаясь ему.
— Нос-то как?
— Вроде не болит.
Он наклонился к девушке и, осмотрев ее нос, сказал:
— Надо же, и синяка вроде нет.
— Прекрасно же, — снова улыбнулась она.
— Раз так, то ужин с тебя. Картоха опять пригорела. Принес нечистый эту озабоченную бабу, — бурчал он про Екатерину. — Походу, не пожру сегодня. Сейчас почищу новую.
— Хорошо. Я только руки помою и переоденусь, — согласилась довольно Анна.
— Идет, — ответил Влад и снова полез в ящик за картошкой. — Да, и грибы возьми, сейчас сметану из погреба достану. И салат там свой приготовь. Как обещала. Че там для него надо?
Аня быстро назвала ингредиенты для салата, и Громов проводил ее на второй этаж в одну из трех спален. Небольшую и солнечную.
— Тут располагайся. И спускайся. Туалет на улице, справа от дома.
— Благодарю, я быстро.
Он уже почти вышел из комнаты, но обернулся и спросил:
— Звать-то тебя как?
— Анна.
— Я Влад. Можно на ты.
— Хорошо, Владислав.
Влад уплетал за обе щеки приготовленный девушкой ужин. Так жадно, словно никогда не ел. Аня сидела рядом, ожидая его реакции.
— Ну, как получилось? — пытливо спросила она, не выдержав через пять минут, не сводя внимательного взгляда с мужчины.
— Вкусно, — пробубнил Громов с полным ртом, снова нанизывая на вилку картошку и заедая салатом.
Довольно улыбнувшись, Анюта, наконец, и сама приступила к еде. И правда картошечка с лесными грибами не то что с резиновыми шампиньонами из магазина. Да еще с лучком и специальным соусом, который только подчеркивал и делал вкус ярче. Ане и самой очень понравилось. Она с аппетитом успела съесть почти половину своей тарелки, когда Влад как будто опомнился и заявил:
— Ты это... Анна. Не думай, что, если накормила меня, так я уже добреньким стал.
— Я и не думала, — насупилась она.
Конечно, она ожидала, что угодит ему с ужином и он немного смягчится, не будет смотреть так грозно. Но, похоже, этого деревенского дикаря расположить к себе было не так просто.
— Думала, по глазам вижу. Накорми мужика, и он твой — эта теория на меня не действует. Я и сам умею готовить.
— Нет чтобы поблагодарить просто, начал опять колкости говорить.
— Спасибо, Ань. Но завтра твой поезд, и потому нечего меня умасливать и пытаться угодить. Завтраки там ужины всякие готовить стараться.
— Боишься, что привыкнешь ко мне? — улыбнулась она.
— Ты хотела сказать, к твоей готовке? Нет, Аня. Я мужчина серьезный, на первых встречных баб не западаю.
— И молодец, — огрызнулась она, вставая из-за стола и убирая свою тарелку, начала ее мыть.
Влад невольно смотрел на девушку у мойки, на ее спину в обтягивающем боди и на упругие ягодицы в голубых джинсах, и этот вид ему отчего-то нравился. После сытного ужина в его голову полезли мысли о том, что эта городская девица даже ничего так. Красивая и сексапильная. Вот с такой бы, наверное, хорошо вечерком после ужина и трудового дня забраться в постель.
Поймав себя на шальных мыслях относительно девушки, Громов почувствовал реакцию тела внизу живота и сбивчивое дыхание. Это его вмиг разозлило.
Не хотел он эту Аню! Нафиг ему сдалась эта городская фифа? Он мужик и может контролировать свои порывы и реакции организма! Несмотря на то что перед носом маячит вот эта!
Быстро поднявшись на ноги, Влад спросил:
— Помоешь мою тарелку? Благодарен буду.
— Помою, конечно, — ответила она по-доброму, оборачиваясь к нему. — И все здесь уберу.
— Тогда я спать, с ног валюсь. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи.
Он направился к лестнице и чуть затормозил перед первой ступенью.
— Аня, там в ящике у мойки «Фумитокс», и пластины возьми. Ночью комарья много будет. Я-то привык, а ты точно спать не сможешь.