А тех, кто эту информацию добыл, нужно наградить. Кадровым — внеочередное звание, вольным — премию или висюльку какую… Там сами уже решите, Константин Львович.
— Сделаю, ваше величество, — кивнул маршал, делая у себя в блокноте пометку, чтоб не забыть.
— Есть что ещё добавить по проекту «Гость»? Нет? Тогда переходим к следующему вопросу. Геннадий Павлович, как продвигается испытание нового стрелкового оружия?
***
— Да нет же! Вот эти линии должны быть ровными, без изгибов, — ткнул я остриём ножа в художества Егора. — Иначе у тебя получится не игис, а чёрт пойми что. В рунологии крайне важно вычерчивать линии строго такими, какие они должны быть. Это правило номер один.
— Да у тебя они тоже кривые, — возмутился виконт, указывая на образец, что я ему предоставил.
— Это внешний контур — он не важен, — попытался я донести простую истину до своего внезапного ученика. — Он нужен только чтобы отделить одну руну от другой, и его вообще можно не рисовать, но так принято, чтоб другому рунологу проще было читать твою вязь.
Да уж, неожиданный поворот судьбы. Я сам не понял, как так получилось, что я вдруг примерил на себя мантию учителя.
А началось всё с того, что два дня назад я столкнулся с Егором, которого уже выписали после реабилитации. Он в процессе разговора спросил меня, как мне удалось так быстро вычислить засаду. Его, оказывается, всё это время беспокоило то, что он, маг земли, не смог почувствовать скребунов, хотя именно для этого и отправлялся на то задание — найти каменных тварей.
Ну а я, чтоб поддержать друга, возьми и ляпни, что применил особую магию. У Егорки сразу глазки загорелись, ручки затряслись, и он с такой настойчивостью насел на меня с просьбой научить этой магии, что мне пришлось уступить под натиском фанатичной тяги к знаниям.
Чтоб не тратить время впустую, я решил объединить два занятия: улучшить свою броню с помощью рунной магии и заодно показать виконту основы рунологии. Вот и вдалбливаю уже второй день подряд в вихрастую светлую голову идею о том, что руны ошибок не прощают — даже одна неправильная линия или помарка может привести к непредсказуемым последствиям.
— Ха, лохи, смотрите, как надо! — воскликнул Ренат (точно Ренат — я уже научился их более или менее отличать друг от друга… Хотя, может, и Марат…), после чего, прежде чем я успел указать на ошибку, бахнул в руну добротную порцию энергии.
Произошёл хлопок, и перед нами предстал снеговик с обмороженными бровями и покрытым инеем лицом, вызывая смех у остальных учеников.
Да уж, рунология — это им не железками махать, о чём я сразу же и предупредил братьев, но их это не остановило. Едва услышав, что можно овладеть магией, даже не имея сильного дара или потенциала, они были готовы на всё, лишь бы я их научил. Ведь без этого они застряли в развитии и никак не могли продвинуться дальше.
— Баловство всё это, — уже в который раз за последние дни проворчал проходящий мимо Нургалиев старший. Его ворчание вполне понятно — кому понравится, когда его рабочую мастерскую превращают в учебный класс, где постоянно что-то взрывается, хлопает или испускает едкий и вонючий дым?
— Ну, не скажите, Руслан Арманович, — как обычно не согласился я с мастером. — Да, на текущем уровне владения рун ребята многого выдать не смогут, но ведь это только начало.
Рунная магия — это, по сути, программирование, только вместо машинного языка используется язык рун. И чем больше опыта и знаний у программиста, тем лучше будет результат.
Начинающий программист сможет сделать так, чтоб при нажатии кнопки проигрывался звук, а опытный — при нажатии той же кнопки заставит звучать десяток стоящих рядом устройств.
Сегодня они, — я указал кивком на своих «учеников», — пытаются начертать свою первую руну, а через пару недель запросто смогут сделать что-то такое…
С этими словами я подхватил с верстака отвёртку, быстро нанёс на неё несколько рун и запустил в сторону стены. Врезавшись в стену, отвёртка взорвалась, разлетевшись мелким ледяным крошевом.
Мастер в долгу не остался и в ту же самую стену запустил свою ледяную пулю, которая точно так же взорвалась на мелкие части во время удара.
— И не надо две недели корпеть над закорючками, — прокомментировал он. — И да, ты мне должен новую отвёртку.