— Вы оказались правы — Бухарев артефактор. И артефактор очень сильный. Он меньше чем за минуту создал из обычной доски боевой посох, что по крепости не уступает оружейной стали.
— Правда что ли? Настолько хорошее заклинание наложил? — приподнял бровь граф.
— Он с лёгкостью отбивал обычной на вид доской удары «Клыка», и на ней не осталось ни царапины, а вы сами знаете остроту «Клыка». Да и мы с парнями добрые полчаса пытались сломать этот артефакт, прежде чем магия в нём иссякла, и он поддался нам.
— Стоп, — поднял руку граф. — Вы что, умудрились выкупить у Бухарева артефакт?
— Если бы, — усмехнулся Никитин. — С Лапиным договорился, а этот барон вообще после боя просто вернул доску на место — обратно на скамью, от которой её до этого оторвал, словно для него это и не артефакт вовсе, а какой-то хлам. Понимаете теперь, о чём я?
— Очень интересно… — задумчиво произнёс Самохин. — Ещё что-то есть?
— Да, — кивнул Никитин. — Есть у меня определённые подозрения насчёт Бухарева. Не знаю, как даже описать — в общем, он совсем не тот, кем хочет казаться. Я б поставил на то, что он диверсант, заброшенный к нам кем-то неизвестным.
— О как. И на чём основаны выводы?
— В основном интуиция. Ну и наблюдения за ним. Он никогда не сталкивался с Виктором — это я могу гарантировать, и вряд ли видел его прошлые бои на турнирах, но ещё до начала поединка с лёгкостью определил, что его соперник левша, и встал в левую стойку, сводя на нет все преимущества вашего сына. Это первое. Второе, он дрался, по сути, первой попавшейся под руку доской, но орудовал ею так, словно всю жизнь сражался только ею. Есть у меня ощущение, что дай ему вместо палки сапог, он всё равно играючи одолел бы Виктора. Даже я, несмотря на мою подготовку, так не смогу ближайшие лет сто. В-третьих, уже во время боя он с самого начала держал инициативу в своих руках. Он специально сдерживался, чтоб показаться неуклюжим и медлительным, однако, когда Виктор сделал свой коронный выпад, который ещё никому не удавалось парировать, этот Бухарев не только отвёл клинок в сторону, но ещё и оглушил вашего сына одним ударом. Нужно быть действительно мастером, чтоб такое провернуть — ведь это нужно чётко подгадать момент, учесть длину оружия как своего, так и оружия противника, и провести кучу расчётов, после чего уже действовать. У Бухарева на это ушли доли секунды.
— То есть он сильный, быстрый, внимательный и ещё и артефактор к тому же. Кто же ты такой, Бухарев, и откуда взялся на нашу голову? Что-нибудь ещё удалось узнать?
— Смог немного подслушать разговор барона с младшим Булатовым, — добавил Никитин. — Если я правильно понял, то Бухарев учился у какого-то великого мастера меча Кан Гона, который, по словам барона, способен пули отбивать мечом.
— Может, Куан Кона? — встрепенулся граф Самохин.
— Может, и так — я плохо расслышал, — признался Никитин. — А что, какая-то известная личность?
— Я бы даже сказал — легендарная, — кивнул граф. — Был такой мечник в Поднебесной Империи. Настоящая легенда. Только он пропал лет десять назад.
— О, ну тут сходится, — оживился помощник графа. — Бухарев сказал, что орден этого Куан Кона вырезали под корень по приказу императора. Не нашего, причём. Видимо, он имел в виду как раз-таки китайцев.
— Вот оно как… Это получается, китайцы уже вовсю осваивают Астрахань. А может, даже и Казань. Не связан ли их столь стремительный подъём в артефакторике с тем, что они нашли наследие Краевых? И если это так — насколько они уже продвинулись в изучении древних секретов и насколько продвинутся в ближайшем будущем? И как, чёрт возьми, тут замешаны Бухарев и Зарубин… Да уж, загадка, — пробормотал Самохин-старший. — Продолжай наблюдать за бароном, но близко не лезь. Если найдутся те, с кем он близко общается — тоже под наблюдение. Я должен знать о каждом шаге этого непонятного барона, но так, чтоб он даже не догадывался, что за ним следят.
— Сделаю, ваше сиятельство, — встал Никитин, прикидывая в уме, как выполнить поручение господина. Не так-то легко следить за человеком, который почти не покидает территорию воинской части и почти никого не подпускает к себе.
***
Ещё на подходе к дому Юры я убедился, что нам всем очень и очень повезло. И не только конкретно нам троим, а всему городу в целом. Не встреть нас сегодня Дмитрий, уже завтра или послезавтра тут началась бы такая вакханалия, что прошлая волна монстров, которая, по слухам, была полвека назад, показалась бы детской шалостью и вознёй в песочнице.