— Как так вообще вышло, Кость? Как вы могли проморгать орду? Это же не заяц.
— Прятались они очень уж хорошо. В подземных кавернах затаились твари. Боюсь даже представить, что было бы, если б мы не начали их целенаправленно искать. Тут нужно сказать спасибо вашему Бухареву, если б не его предупреждение о поумневших монстрах, то через год нас ждала бы такая задница… За эту неделю мы вскрыли больше десяти лёжек монстров, которые копили силы, непонятно для чего. У меня создалось впечатление, что есть какой-то неизвестный дирижёр, который заставил монстров скапливаться вдоль границы, чтобы однажды разом ударить нам в тыл и смести нас, словно цунами.
— Выходит, наш гость умудрился всего за неделю как минимум дважды спасти Империю, — задумчиво произнёс император, барабаня пальцами по столу. — Информация по той твари класса «бедствие» ведь подтвердилась?
— Да, — кивнул Зарубин. — Мы нашли останки, анализ которых показал, что тварь, которой они принадлежали, живёт уже не одно тысячелетие.
— Ну вот, уже дважды нам помогает, а награды нет. Нехорошо. Вот что, Вить, это твой подопечный, поэтому тебе и карты в руки — подбери какой-нибудь участок земли и даруй от моего имени.
— Погеморройней? — уточнил на всякий случай особист.
— Ну совсем уж в жопе мира не нужно — пусть будет в окрестностях Красногорска, но да, можешь дать какой-нибудь проблемный участок. Грех будет не воспользоваться способностями этого Бухарева и не заткнуть им какую-нибудь дыру в обороне Империи. И не жадничай — пусть надел будет большим, всё равно земли у нас больше, чем желающих её защищать. Всё, иди.
— Вас понял, Фёдор Михайлович, — поднялся со своего места Зарубин.
— Ну а с тобой, Костя, давай думать, как укрепить границы и где искать этого дирижёра. Не нравится мне вся эта ситуация. Очень не нравится.
***
По пути к зоне переговоров, как я для себя обозначил уголок, где стояли мягкие диванчики, на которых можно было посидеть и поболтать, я заметил ещё несколько знакомых лиц. Вот промелькнул сын графа, который как-то недовольно посмотрел то ли на меня, то ли на своего отца. Не, ну его можно понять, как и его нелюбовь ко мне — всё-таки сложно хорошо относиться к человеку, который несколько дней назад на глазах у всех отдубасил тебя бревном.
— Вот рядом с ним стоит его секундант — тот самый Никитин, что, по словам Дмитрия, правая рука самого графа. А заодно, похоже, по совместительству что-то вроде телохранителя — вон как зыркает по сторонам, выискивая малейшую угрозу для сына своего господина.
А вон у стола с задумчивым видом стоит и смотрит на меня Смит — алхимик из лавки. Интересно, он-то каким макаром на эту вечеринку затесался? То ли сопровождает кого-то, то ли губернатор пригласил не только аристократов, но и просто значимых для города людей, а один из лучших, по слухам, алхимиков города к таковым точно относится.
Кивнув алхимику в знак приветствия, я уселся на самое широкое кресло и выжидающе посмотрел на графа, который занял место напротив меня, после чего активировал артефакт полога тишины — смотрю, подобные вещицы тут пользуются большим спросом.
— Я так понимаю, вы тоже хотите высказать мне претензии по поводу вашего родового клинка? — нарушил я молчание, устав ждать, когда же Самохин заговорит.
— О нет, что вы, — усмехнулся граф. — Вы верно сказали моему сыну — не каждый род может похвастаться тем, что их родовым оружием сразили могучего монстра. За это я вам, кстати, благодарен. Да, ситуация вышла неоднозначная, но никаких претензий с моей стороны к вам нет — я всё понимаю. Мы все были на взводе в тот момент, поэтому некоторые наши действия не вполне логичны и даже приличны. И раз уж вы сами начали разговор именно с этого эпизода, то мне хотелось бы узнать — как же вам всё-таки удалось справиться с «восьмёркой», имея в руках один лишь меч? Только не говорите, что это случайность и везение — я видел вас в этот момент. Вы точно знали, что делаете, и на удачу точно не полагались.
— Ну да, это было бы глупо и неуважительно — утверждать, что мне повезло, — подтвердил я догадки Самохина. — Я знал наверняка, что мне это под силу, поэтому и бросился в ту бездумную, на первый взгляд, атаку. Я полагался на артефакт, который был у меня с собой, и, как видите, не прогадал.
— А что за артефакт, если не секрет?
Да уж, врать в глаза заслуженному ветерану, конечно, нехорошо, но на что только не пойдёшь ради полковника, его дружка и императора, поэтому начинаем импровизировать и писать сочинение на тему: «Как я провёл это лето». Главное — не завраться. Самохин, судя по всему, прожжённый интриган, который запросто раскусит меня, если я начну путаться в своих же словах.