Возможно чуть позже она пожалеет о своих словах, но сейчас чувствовала себя чудесно. Сколько лет она мечтала высказать им всё, что накопилось, наболело и давило тяжким грузом на сердце.
ГЛАВА 12
Проснувшись, первым делом полез проверять электронную почту. И не ошибся. Там его уже ждало письмецо от Тимки. Только этот засранец со своими гавриками могут нарыть за одну ночь всю нужную инфу.
Насмешила приписка в теме сообщения: «Я люблю пять звёздочек» и пьяный смайлик с бутылкой.
— С меня причитается, жучара хитрожопый, — ухмыльнулся, открыл письмо.
Через минуту улыбка Савелия исчезла, а брови поползли вверх.
— Твою дивизию, блядь…
Вот откуда ему было знать, что с проблемной связался? Вены она, блядь, вскрывала, с ума сойти просто. Да ещё и из-за чего! Любовь неразделённая… Охереть.
Теперь уже Грому не казалась забавной мыслишка влюбить её в себя, а потом послать. Кому же захочется стать объектом вожделения больной на голову дамочки, которая чуть что бежит вены вспарывать.
Да и кто знает, во что вырос её психоз за эти годы. Может Дарья уже давно в маньячку превратилась и рубит по ночам мужиков топориком. Не то, чтобы Савелий боялся, но появилось какое-то неприятие. Словно девушку, которая так нравилась увидел в совершенно ином свете.
Конечно, поговорить с ней стоит. Раз и навсегда объяснить, что у них ничего не выйдет и лучше закончить общение пока не стало поздно.
Теперь-то стало ясно, отчего она такая затравленная была. Тот её новый начальник тире бывший, судя по всему, и есть «несчастная любовь». Вот уж свезло мужику…
Хотя, конечно, Дашку тоже было жаль. Кто ж знает, что у них, этих суицидников, в голове. Может они мыслят как-то иначе и лезвие им кажется единственно верным выходом. Надо бы поговорить с ней как-то… Помягче, что ли. Объяснить, что лезть в петлю из-за мужика — совершенно глупо.
Даша открыла не сразу. Сначала Грому пришлось разбудить всех её соседей и даже выслушать от какой-то злобной бабки, что она думает о легкомысленной Дарье и её хахале, что с утра пораньше поставил на ноги весь дом.
А когда дверь открылась и его взору предстала девушка, он её даже не сразу узнал. Растрепанная, заспанная и еле стоящая на ногах, она была похожа на привидение. Несчастная и замученная.
У Савелия что-то дрогнуло внутри. Нет, это была не жалость, как ни странно. Это была злость. Это что же она творит? Неужели совсем жизнь не радует? И всё из-за какого мудака, что не оценил её по достоинству? Ну бред же, блядь!
— Ты мне паспорт принёс? — встала на пороге, облокотившись плечом о дверной косяк. — Давай, — протянула руку, но Савелий лишь покачал головой.
— От тебя перегаром несёт, как от старого пропойцы.
Она прыснула от смеха, хотя Гром ничего забавного здесь не увидел.
— Ещё один диктатор, блин, выискался. Гони паспорт и проваливай на хрен, — несмотря на улыбку, в её голосе сквозила злоба, нехилая причём такая.
Словно он в чем-то виноват. Как будто он её довёл до такого состояния. Но, как бы там ни было, а оставлять её одну в таком коматозе никак нельзя.
По первах, когда только начал работать в органах, Савелий сам через день впадал в депрессию и очень хорошо знает, каково оно, чувствовать себя дерьмом, не способным изменить этот грешный мир. Но, хвала небесам, против хандры и отчаяния есть замечательное лекарство.
— Слушай, Дашка… А давай напьёмся вместе?
— Зачем это тебе?
— Что? — Савелий сделал вид, что не понимает, о чём она и наполнил бокалы.
— Вот это всё, — кивнула на стол с закусками и бутылкой дорогого виски. — В няньки ко мне записался? Так ты не волнуйся, у меня их хватает. Всю жизнь контролируют каждый шаг. Вопрос к тебе: нечем заняться? Скучно на пенсии или, быть может, из тебя прёт желание помогать людям?