В общем, до самой пещеры я добрался сравнительно легко и даже через узкий лаз пролез. Ну что сказать, когда-то эта пещера была логовом какого-то хищника и не из мелких, но было это так давно, что за это время успело окаменеть не только… хм… гуано, но и нечто вроде гнезда из веток и веточек. Скорее всего я бы просто улыбнулся бы и полез наружу, если бы не мое детское любопытство, надеюсь, что с годами оно пройдет и перестанет втягивать меня во всевозможные приключения. Сотни прочитанных книг, десятки просмотренных фильмов и тысячи часов мечтаний сделали свое дело. Я начал медленно и методично изучать стены, пол и потолок достаточно просторной пещеры, наверное, в эти минуты я представлял себе кем-то воде Индианы Джонс. На узкую щель в полу, присыпанную всяким мусором, я наткнулся совершенно случайно. Шириной чуть больше ладони и длинной около полутора метров, она расположилась в самом дальнем углу, аккурат между полом и стеной. И дернул же меня черт посветить в эту щель! В свете мощного луча света я с немалым удивлением разглядел самую настоящую каменную кладку. Минут двадцать я ужом вертелся вокруг этой щели, пытаясь разглядеть как можно больше и понять, что же такое я вижу. Выводы были интригующие и сулящие новые впечатления. Прямо под пещерой находится то ли какой-то подвал, то ли часть какого-то подземного, а точнее сказать, подгорного сооружения, а пол пещеры, это его потолок. За пару часов с помощью лома, кирки и какой-то матери, я смог расковырять достаточную дыру, чтобы в нее смог протиснуться человек. Еще минут двадцать я потратил на поиски того, к чему смог бы прикрепить веревку, в итоге нашел подходящий выступ внутри пещеры и, ничуть не раздумывая, сиганул вниз.
Невысокий сводчатый коридор, метра два шириной и столько же высотой. Моя дыра очень удачно расположилась на самом повороте, ближе к внешней стене, так что, будь щель на пару десятков сантиметров дальше от стены пещеры, я бы никогда сюда не попал. Оставив веревку болтаться на месте, я отправился вперед по коридору. Оказывается, что под нашим лагерем и поселением, которое раскапывала экспедиция профессора, расположился целый подземный город со своими улицами, площадями, домами, храмами и еще черт знает чем. И совсем неважно, что все это было вырублено в сплошном камне и им же потом обложено. Находок было море! Правда все они не представляли абсолютно никакой ценности, разве что только историческую, но Содружеству все эти глиняные чашки, миски и кувшины без надобности. В Содружестве признают только один вид артефактов — высокотехнологичные, изготовить или повторить которые не могут, ну, может быть, еще поделки древних ремесленников и мастеров, да и то признают за ними только художественную, а не научную, ценность. История жизни и развития диких рас Содружество не интересует. Найди я нечто подобное на земле, то славой затмил бы и Шлимана, и Картера, и Лэйярда, и многих, и многих других, а после реализации даже десятой части находок смог бы поспорить капиталом с арабскими шейхами.
Я никогда не держал в руках и не видел своими глазами мрамор, но ничего другого мне на ум не приходит, именно мраморные статуи людей, животных и целые композиции, завораживающие своей красотой и изяществом барельефы, сотни и тысячи мечей, топоров, алебард, шестоперов и прочего рубяще-режущего и дробяще-раскалывающего, прекрасно сохранившиеся картины и гобелены, мозаики и фрески и конечно же сотни, если не тонны, самых разных ювелирных украшений и просто «презренного» металла в виде монет и слитков и… нигде ни одного скелета или тела, мумии или иных останков.
Целую декаду я бродил по подземному городу, благо, что с водой и едой у меня проблем не было, пайки много места не занимают, да и весят всего ничего, а простая туристическая фляга литра полтора объемом, купленная мной за десять кредитов, исправно снабжает меня водой, как-то абсорбируя ее из сухого воздуха. В общем, на десятый день я все же выбрался назад в пещеру, захватив с собой только пару особо понравившихся мне безделушек, да узкий меч, только в качестве сувениров. В пещере я как мог постарался скрыть следы своей «работы», нет, не из страха, что кто-то другой найдет подземный город, а просто, чтобы максимально сохранить то, что могло испортиться из-за того, что воздух с поверхности проникнет вниз.