— Я не понимаю этой традиции, — сказал я, указывая на трупы со снятыми скальпами.
— Такие дела обычны почти для всех племен, — спокойно пояснил Грант. — Древняя традиция, и она совершенно неоспорима. Ее происхождение, потеряно в глубине веков.
— А как по твоему мнению, зачем они это делают?
— Есть разные теории. По одной из них, это служит предупреждением возможным врагам, и подтверждением ужасности победителей. По другой — эта практика связана с верованиями о мире магии, что это — способ избежать мести убитых тобой людей.
— По-моему оставление трупов, как это сделано здесь, могло бы послужить не худшим предупреждением.
— Верно, — согласился Грант, — но, также, это вызывает не столько страх, сколько желание мести, по крайней мере, непосредственно среди дикарей.
— А твоя вторая теория, Ты относишься к ней серьезно? — спросил я.
— Не совсем. Если цель состояла в том, чтобы действительно запугать или нанести устраняющие месть телесные повреждения, то как мне кажется, трупы были бы ослеплены, или им отрезали бы руки и ноги. Но такие повреждения наносятся очень редко.
— Тогда, почему это делают, по твоему мнению?
— Лично я думаю, что это сделано от радости и жажды победы, что это вызывает сильные эмоции, что так они выражают свою месть и ненависть, а еще я полагаю, удовольствие и жизнь. А также, чтобы показать презрение к врагу и оскорбить его, таким способом демонстрируя собственное превосходство.
Я пристально смотрел на Гранта.
— Короче говоря, это сделано потому, что это приводит их в восторг и наполняет их властью и радостью.
— Понимаю, — сказал я.
— Не сомневаюсь, что Тебе не впервой сталкиваться с подобной резней и с такими методами? — улыбнулся он.
— Да, приходилось, — ответил я. Я был воином.
— Я так и думал.
Я повернул свою кайилу, чтобы встать лицом к Гранту.
— Тогда давай не будем считать себя намного выше этих смирных и доброжелательных людей, — предложил он.
— Хорошо, согласен.
Грант рассмеялся.
Я осмотрелся вокруг.
— Хорошо, что мы не привели сюда девушек, — заметил я.
— Именно по этой причине, я и оставил их в лагере!
Я кивнул. Они, всего лишь красивые, напуганные, полуголые рабыни, скованные цепью за шеи в Прериях, и не стоит им видеть это. Позволим им не побыть неосведомленными, по крайней мере пока, о том, что может стать судьбой порабощенной белой женщины в таком мире.
— Здесь недостаточно леса, чтобы сжечь эти тела, — заговорил я снова. — Боюсь, нам придется закопать их.
— Их нужно оставить так, как они есть, — не согласился Грант. — Это — обычная практика в Прериях.
Мы повернули наших кайил, и уже собирались покинуть это место, как вдруг услышали слабый голос.
— Помогите. Пожалуйста, помогите.
Мы с Грантом посмотрели друг на друга.
— Это там, — сказал мой спутник, повернув свою кайилу налево от нас.
Он проехал немного вперед, посмотрел вниз со своего высокого седла, ударил по бедру, и рассмеялся. Я направил свою кайилу в его сторону.
Ниже нас, наполовину скрытые в высокой траве, на спинах, лежали два парня, в которых я признал братьев, Макса и Кайла Хобартов. Они были раздеты, и их руки были стянуты за спинами, и они не могли встать. У каждого к щиколоткам были привязаны распорки, не позволявшие свести ноги.
— Это — подарок мне, от моих Пыльноногих друзей, — смеялся Грант, — заводилы тех, кто нас преследовал.
— Многозначительный подарок, — сказал я. — Теперь они твои.
— А еще и хорошая шутка, — добавил Грант и спросил меня: — Видишь?
— Да уж, трудно не заметить, — ответил я. На Максе и Кайле Хобартах были ножные распорки.
Краснокожие обычно применяют их для своих белых рабынь. На них надели однопозиционные ножные распорки. Лодыжки, ремешками, пропущенными сквозь отверстия, просверленные в концах жерди, плотно привязывают к разным концам этой самой жерди. У более сложных распорок есть несколько положений. В самом простом случае, отверстий в шесте сверлят несколько, и лодыжки девушки просто привязывают к той паре сверлений, что дает разведение ног, желательное в данный момент, для каждого конкретного случая и хозяина. В более современных устройствах, используются два или даже три шеста или доски, которые могут скользить относительно друг друга, и закрепляются нужном положение стопорами или завязками. В этом, последнем виде устройства лодыжки девушки, прикрепленные к концам распорки, не надо постоянно развязывать и привязывать, при желании изменить расстояние между ногами. Оно может быть изменено в соответствии с капризами, очень легко и удобно, посредством смещения шестов и закрепления их в желательном положении штифтами. Эти распорки могут использоваться для различных целей.